В раздражении она оборачивается и, уставясь прямо на доктора Алена, говорит кошачьим голосом:
— Я думала, все психиатры евреи.
— А я и есть еврей.
— Ален вроде не еврейское имя.
— Именно поэтому меня так и назвали.
— А что вы делаете в католической клинике?
— Работаю, бесплатно, своего рода благотворительность.
— Значит, я объект благотворительности?
— Нет, ты как лесное растение. Тебе просто нужен уход. Я помогу тебе стать такой же сильной, как твои друзья деревья.
Он всегда нес подобную чушь, чтобы завоевать доверие, но это только бесило ее.
— Они мне больше не друзья.
— Ну зачем ты так?
— Я смотрю на них из окна комнаты отдыха, однако они не говорят со мной, как раньше. Я знаю, они видят меня, но воздух между нами мертв. Может, они слишком далеко, может, они не слышат.
— Разве ты не рада, что голоса больше не преследуют тебя?
— Нет. Вы не понимаете. Меня никто не преследовал. Это мои друзья. Наверно, если бы я спала рядом с ними, я бы их услышала. Если б только можно было взять одеяло и спать на лужайке, как в походе.
— Это не разрешается.
— Но почему? Вдруг они хотят сказать мне что-то, а я не могу услышать их отсюда.
— Тебе нельзя спать на лужайке. Тогда и другие захотят, а это запрещено. Правила существуют для всех без исключения.
Он так похож на ее отчима, она никогда ему не доверится.
— В теплую погоду мы с Люком собирались спать под звездами и сосновыми иголками.
— Я хочу поговорить с тобой о Люке.
Сандра отказывается отвечать, и доктор Ален начинает выкладывать на стол орудия пыток. Они не заставят ее говорить, никогда. Она не ответит. Она пытается бороться, но вот игла скользнула ей под кожу, и она снова чувствует под собой сиденье машины.
— Сандра…
Когда же они перестанут мучить ее?
— Сандра…
Она не ответит.
— Эй, Сандра, я с тобой разговариваю!
— Что? — Сандра тряхнула головой.
Люк ущипнул ее.
— Ай!
— Это, чтоб ты очнулась и не издавала звуки.
— Я что — храпела?
— Нет, пищала, будто зверюшка, как обычно во сне.
— Я видела кошмар.
— То есть фильм ужасов, но без попкорна. Разве ты не любишь фильмы ужасов?
— Нет.
— А я люблю. Что произошло?
— Не стоит вспоминать. Глупости. Бессмыслица.
Но ей было не по себе. Больше всего ее беспокоило отсутствие Люка в этом сне. Она не хотела с ним расставаться. Хоть он и совершенно посторонний человек, но гораздо ближе ей, чем те, кого она знала много лет. Сандра не могла представить будущее без Люка. А что, если это предупреждение: Люка поймают, ее будут допрашивать, или даже пытать… Она крепко схватила сон за горло, протащила его через все тело и заключила в пятке вместе с другими кошмарами.
Ночью они остановились в домике Люка, в котором была только одна комната, диван, стол, два стула и кресло-качалка. Люк не внес ее в дом на руках. Все было менее романтично. Одно грубое предложение, чтобы она усвоила новые правила:
— Я всегда сплю на диване, тебе придется спать на полу.
Ладно, Сандра решила, что новый купленный в магазине спальник и надувной матрас намного удобнее, чем одноместный скрипучий старый диван.
