– Вот ты где! А что ты здесь делаешь?
– Ничего особенного. Зашла посмотреть, где тётя Стеша погибла. – Юлька говорила ровным и холодным тоном.
Игорь, почувствовав новые нотки в голосе девушки, сначала удивился, а потом подумал: – "Понятно, обиделась. Ну да мы сейчас это исправим".
– Юль, ну что ты? Ну, прости меня, погорячился. А о чём это ты с бабкой утром разговаривала, может, расскажешь? – Игорь попытался обнять её, но она уклонилась от объятий и буквально проскользнула мимо Игоря.
Уже у входа в хлев, она обернулась и сказала: – Рассказывать тебе? Зачем? Тебе всё равно это абсолютно не интересно. Так зачем попусту языком молоть? Ладно, хватит разговоров. Пошли машину в порядок приводить. Я так понимаю, ты ничего дельного не придумал и не сделал. – Юлька резко повернулась и пошла, только не к машине, а к дому, в который ушёл Иван.
Игорь ошарашенный стоял и смотрел ей в след. Юлька никогда с ним так не разговаривала и так на него не смотрела. И вообще, что-то новое появилось в поведении этой "серой мышки" – раньше мягкой, не решительной, а сейчас… Даже походка и осанка изменились! Что-то здесь явно произошло, но что? Он уже хотел выйти их хлева, как что-то его остановило и заставило посмотреть в угол, где до этого стояла Юлька.
А Юля подошла к дому на другом конце села, решительно открыла калитку и подойдя к двери, так же решительно и настойчиво постучала. Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге появился Иван.
– Юля? – немного удивлённо произнёс он.
– Ваня, мне нужна Ваша помощь. На таких колёсах мы ни своим ходом, ни на буксире далеко не уедем. Вы можете помочь мне разбортировать колесо? А я пока переставлю на другую ступицу запаску.
– Так зачем же Вам самой колёса таскать? Я всё сам переставлю. Только вот прокусанное колесо я вам конечно разбортирую, но что Вы с ним будете делать?
– Да ничего особенного. Это машина моего отца, а он мужик очень хозяйственный был и всегда на всякий случай с собой и ремни генератора возил и ремкомплекты. Я думаю, что если в багажнике поискать, то мы точно камеру запасную найдём.
– Я сейчас, минутку, только ватник наброшу, – Иван скрылся в доме. Он также был удивлён разительной перемене, которая произошла с Юлей. Это была уже не растерянная девчонка, а уверенная в своих словах и поступках девушка – точно знающая, что она хочет.
Когда они подошли к машине, там уже стоял Игорь. Не глядя на него, Юля открыла багажник и стала там что-то искать.
– Ваня, вот Вам домкрат, вот баллонный ключ, а вот монтировка. А это самое главное, – Юля вытащила сложенную вчетверо старенькую камеру с несколькими заплатками. Она скептически посмотрела на неё, как бы оценивая её состояние. – Не бог весь что, но на безрыбье и рак рыба. До Москвы я думаю, протянет, а там всё равно нужно оба колеса новые покупать.
Игорь стоял и с всё большим изумлением смотрел на Юлю. Юлька знает, что такое домкрат и монтировка? Это что-то вообще за гранью его понимания. Раньше, даже зажёгшийся индикатор низкого уровня бензина в баке, вызывал у неё панику, а сейчас?
– Юля! А мне что делать? – у Игоря даже голос изменился.
– Тебе? – Юля скептически посмотрела на парня. – А ты пойди, найди несколько кирпичей.
– Зачем?
– Ну, во-первых, для упора, чтобы машина случайно не покатилась, когда мы её поднимем, а во вторых… Домкрат у нас один, а колёс нужно поменять два… Дошло?
– Ага, – растерянно сказал Игорь и пошёл выполнять распоряжение Юли.
Иван первым делом снял порванное колесо.
– Да… Начудил косолапый! Хорошо, что ещё совсем машину не попортил!
– Не взрослый медведь это был. Медвежонок. Вернее пестун – двухлетка. Это он озорничал. А мать с маленькими медвежатами в стороне стояла… Мы видно где-то в мёд, или в разлитое варенье въехали. Он запах учуял – думал в колесе, что-то вкусное есть…
– Ты так уверенно рассказываешь, как будто сама при этом была… Откуда такие подробности? – это Игорь со стопкой кирпичей подходил к машине. К нему уже вернулась его былая самоуверенность и сарказм.
– Не важно, – не оборачиваясь, бросила Юля.
…На все работы у них ушло минут сорок. Игорь пошёл в дом за сумкой, а Юля с Иваном направилась к дому Марии Антоновны. Старушка уже встречала их на крыльце.
– Я попрощаться пришла, спасибо Вам за помощь. И Вам Ваня огромное спасибо!
– Уезжаешь, Юленька? Так что ты решила с домом делать? Так и бросишь его?
– Ой, не знаю, Мария Антоновна. Не хочется мне его бросать – и дом хороший и места красивейшие! Это с одной стороны… А с другой… Я привыкла к другой жизни. Там я выросла, там мне всё знакомо. Там у меня квартира, работа… А здесь… В общем, не знаю пока. Одно могу сказать – через неделю или две, я обязательно приеду. Вы скажите, может Вам привезти чего? Что-нибудь из продуктов или по хозяйству нужное?
– Да нет, Юленька. У меня всё есть. А чего нет, так вот Ванечка привозит. Ты главное сама приезжай… Хорошая ты девушка. Может, мать свою сюда привезёшь…
Юля хотела было ответить, что уж её матери здесь вообще делать нечего, но промолчала, а только горестно вздохнула.
