– Никуда он не денется. Уже понятно, куда он едет. Эта дорога упирается в деревню и это тупик. Свернуть ему не куда… Так что надо отстать так, чтобы не было видно света наших фар.
Поотстав они проехали несколько километров, пока не упёрлись в огромную лужу.
– Серый, и как мы здесь проедем? Засядем же!
– Да не ссы. Этот же лох на своей колымаге как то проехал. А у нас движок в три раза мощнее. Давай вперёд потихоньку.
Это была их большая ошибка. Машина, проехав метра два, вдруг правым передним колесом провалилась в яму. Они минут пять попытались методом раскачки вызволиться – но всё безуспешно.
– Серый, смотри, – Рябой показал на нижний обрез дверей. Тоненькие струйки воды проникали через старенькие уплотнители и медленно затапливали салон.
Сергей грязно выругался: – Так, давай, открывай люк, через него на крышу, а там уже посмотрим, что можно сделать. Фонарик в бардачке не забудь возьми.
Они выбрались на крышу. Вокруг стояла непроглядная темень. Сергей посветил вокруг машины. В принципе, если хорошо оттолкнуться, то можно допрыгнуть до сухого места. Он уже собрался прыгать, как вдруг услышал звук ломающихся веток, как будто кто-то пробирается сквозь лесную чащу. Сергей замер, не в силах поднять фонарик и посветить в направлении приближающего шума. И в этот момент, из чащи раздался громкий и свирепый рёв – рёв потревоженного крупного зверя…
Уже на следующее утро Юля приступила к исполнению своего плана. Она засела за компьютер, вошла на сайт гос.услуг и на удивление, достаточно быстро записала маму на прохождение диспансеризации. Свободной датой был уже следующий день. Юля удивилась. Она как то привыкла, что поликлиники – это вечные очереди, огромное количество потраченного времени и нервов, бесконечное сидение в очередях. А здесь, вот так, не выходя из дома, за пять-десять минут ты записываешься и всё…
По началу, это её очень удивило, а потом она догадалась… Ведь сейчас конец лета, самый разгар садово-дачного сезона! Все пенсионеры копаются на своих участках, абсолютно позабыв о болячках. Кроме этого ещё не наступило время эпидемий. Так что всё имело свое логическое объяснение.
После записи, Юля позвонила маме и предупредила её, что завтра с утра они едут в поликлинику. Мама, конечно, уже позабыла об их вечернем разговоре и долго не могла понять, о каком обследовании идёт речь. Потом, уже традиционно начала отнекиваться, но Юля была непреклонной:
– Мама, я специально отпуск взяла, чтобы тебе пешком не ходить, да на общественном транспорте не ездить. Я тебя отвезу и привезу, да и в поликлинике всё время рядом буду, чтобы тебе скучно не было, так что не капризничай, а я в восемь часов буду уже у тебя – на десять у тебя первый приём.
Уже без пятнадцати десять следующего дня они стояли перед кабинетом терапевта. Юля попросила маму подождать в коридоре, а сама зашла в кабинет. Приём вёл не молодой и, по-видимому, опытный врач. "Это хорошо, что мужчина, а не женщина", – подумала Юля. – "Мне будет проще с ним договориться". Врач, что-то печатал на компьютере. Не поднимая глаз от экрана, он произнёс:
– Присаживайтесь, пожалуйста. На что жалуетесь?
Юля продолжала стоять перед столом, дожидаясь, когда доктор обратит на неё внимание. Тот ещё немного попечатал и наконец-то поднял глаза.
– Что же Вы стоите? Садитесь, пожалуйста, и рассказывайте…
– Доктор. Я к Вам не на приём. Сейчас, после меня, к Вам зайдёт женщина… Это моя мама. Так вот. Я хочу попросить Вас, чтобы она не узнала, о той болезни, которую Вы и Ваши коллеги, скорее всего, выявите. Это конечно не касается обычных старческих болячек, типа гипертонии, лёгкого артрита, небольшого затемнения в лёгких – это последствие перенесённого год назад воспаления лёгких и т.д. Я имею в виду более серьёзную болезнь.
Врач удивлённо смотрел на Юлю.
– Ваша мама уже проходила обследование? Вы хотите подтвердить или опровергнуть какой-то диагноз?
– Нет, мама уже год, как не общалась с врачами.
– Тогда мне совсем не понятно – на каком основании Вы констатируете, какие-то диагнозы и тем более предупреждаете о "серьёзной болезни"?
– Доктор. Я Вас прошу только об одном. Если в ходе обследования у мамы будет выявлено что-то серьёзное – сообщить мне, а не ей… Просто… – Юля замялась. – Я хорошо знаю свою маму, и сумею её подготовить и сделать это максимально безопасно для её нервной системы.
Врач молчал, внимательно и серьёзно глядя прямо в глаза Юли. Периодически в его практике бывали случае, когда родственники просили не сообщать пациентам их смертельные диагнозы, но чтобы вот так, в лоб, сразу, до обследования перечислить врачу весь букет болезней… Опытный доктор, конечно, догадался, о чём так переживает Юля, но хотел получить подтверждение.
– Хорошо, я Вас услышал. Я сообщу коллегам о Вашей просьбе. Но раз уж у нас с Вами пошёл такой откровенный разговор, так может, Вы сразу подскажите, что и где нам искать?
Юля на секунду задумалась, но потом решила, что на кону жизнь и здоровье её мамы.
