Ваня всё-таки не выдержал и расплылся в широкой улыбке. А мать, ещё сильней поджала губы, всем своим видом показывая своё неудовольствие. Ей не нравилось здесь. Первозданная природа вызывала у неё первобытный страх. Ей казалось, что её невероятным образом перенесло на пару веков назад, и она чувствовала себя совсем не в своей тарелке. Господи! Ну, зачем я сюда приехала? Что я буду здесь делать? Удобств никаких, туалет во дворе и метрах в двадцати от дома. А что если ночью приспичит? Да здесь можно с ума сойти от страха, пока до туалета добежишь! А если дождь или скажем зимой? Да как же здесь люди живут вообще? То ли дело в городе. Центральное отопление, горячая вода, тёплый туалет, наконец! И народ здесь, какой-то странный! Этот Ваня, например. Смотрит на Юльку щенячьими глазами, а той похоже это нравится – ведь недаром она его на чай пригласила! И ещё, какую-то Марию Антоновну. О чём с ней вообще разговаривать? Ни сериал обсудить, ни политические вопросы… Только и рассказов, наверное, что у кого корова отелилась да сколько, какая коза, молока даёт.
Мать потихоньку вздохнула. В общем так. Если Юлька хочет оставить этот дом и участок – то пусть его себе и забирает. Так я нотариусу и скажу, что отказываюсь от наследства в пользу дочери. И если она хочет, то пусть сама живёт здесь, а я попрошу, чтобы она меня завтра довезла до ближайшей автостанции – и в Москву. Мне здесь делать нечего.
Юля чувствовала настроение матери, но старалась не обращать на него внимания. Она раскладывала консервы, упаковки с макаронами, палки копчёной колбасы, пачки с печеньем… В первый раз она не очень хорошо ознакомилась с домом, и сейчас с интересом находила различные шкафчики, полочки.
Под одним из половичков она обнаружила кольцо. Подняв его, посветила фонариком и ахнула от удивления. Весь подпол был заставлен банками с маринованными и солёными грибами, различными варениями, мёдом… Связки сушёных грибов висели под потолком. В углу стояла кадка, похожая на ту, что в хлеву. Юля осторожно спустилась в подпол и подняла крышку. Кадка на половину была заполнена мочёной клюквой. Вот это да! Вот это богатство! Да с такими запасами год можно жить, не покупая продуктов!
Юля вылезла из подпола, закрыла люк и продолжила наводить порядок. Мать сидела на скамье и с недовольным видом наблюдала, как Юля перемещается по дому. А Юля открывала всё новые и новые для себя вещи, казалось бы, обыденные, но которые приводили её в восторг. Вот она обнаружила двухкомфорочную газовую плиту, шланг от которой уходил, куда-то во двор – наверное, к газовому баллону. Отлично! Значит, не нужна будет туристическая плитка с её маленькими баллончиками! Допотопный трёх программный приёмник, висевший на стене оказался вполне работоспособный и при включении в доме заиграла современная музыка. Но Юля сразу его выключила. Ей не хотелось нарушать ауру старинного дома, больше похожего на экспонат этнографического музея, чем на жилой дом.
Закончив с хозяйственными делами, она присела рядом с мамой. Юля понимала, о чём мать хочет с ней поговорить, предстоящий разговор был ей не приятен, но что поделаешь… Нужно всё расставить на свои места.
Но поговорить им не дали. В дверь осторожно постучали, и в дом вошёл участковый.
– Вы разрешите?
– Да, да, конечно, проходите. Я как раз всё закончила.
Участковый прошёл к столу, достал планшетку, вынул протокол допроса свидетеля и ручку.
– Юля! Я хотел бы задать Вам несколько вопросов…
– Слушаю Вас.
– Скажите, Вы знали Игоря…
– Почему "знала", – Юля перебила участкового. – Я его и сейчас знаю. Вам же хорошо известно, что в прошлый раз я приезжала сюда вместе с ним.
Участковый вздохнул, бросил быстрый взгляд на Юлю и ничего не сказал… Только после того, как записал ответ Юли, он задал следующий вопрос.
– А в каких Вы с ним были отношениях?
– Я не думаю, что это имеет какое-то значение, но раз Вы интересуетесь… Мы на протяжении последних трёх лет, можно сказать практически жили вместе.
– Но я так понимаю, Вы с ним не были расписаны?
– Да, Вы правильно понимаете. Могу ещё добавить, что после того, как мы уехали отсюда, то по приезду в Москву мы с ним расстались, и я его после этого не видела.
– Расстались, это как – поссорились или…
– Да мы с ним поссорились.
– А можно узнать причину ссоры?
– Нет нельзя. Это моё, сугубо личное дело.
– Да… Ну ладно. Юля! А Вас не удивляет, что я задаю Вам вопросы об Игоре?
Участковый уже более внимательно посмотрел на Юлю. Он чувствовал себя неловко. Временами ему казалось, что эта девушка наперёд знала, какие вопросы он ей задаст и на всё у неё был готовый ответ. А ещё его сбивало с толку её, не пробиваемое спокойствие. У Юли ни разу не дрогнул голос, на лице не отразилось никаких эмоций. Девушка прожила с парнем три года, фактически, как муж и жена и рассказывает о разрыве отношений вот так спокойно, без всякого переживания…
