— Боюсь, я вас не совсем понимаю. Как мне известно, Крылов работает в вашей фирме руководителем службы безопасности. Он приходил с пустяковой просьбой о хищении машины, принадлежащей вашей фирме.
Чепурин открыл ящик стола и достал заявление об угоне.
— Можете ознакомиться.
— Такие заявления подаются в другие службы и не таким крупным руководителям.
— У нас давние связи, и он попросил меня проконтролировать ситуацию именно с высоты моего кресла. Закономерное желание и просьба, учитывая дороговизну похищенной машины.
— Хорошо. Начнем с того, что Крылов больше не работает в моей фирме. Я его уволила.
Наташа достала из сумочки документы и разложила их на столе.
— Вот вам объяснение, почему я настаиваю на формулировке: «Шефнер — мой муж». Он всего лишь навсего мой муж, и не более того. Фирма принадлежит мне, а Шефнер в ней работает наемным директором. Полагаю, и он будет в ближайшие дни уволен. Объекты, постройки и земля в Смоленской области также принадлежат мне.
Я единственная владелица всей недвижимости и всех зарегистрированных фирмой дочерних предприятий. Все эти годы вы работали на меня, а не на Шефнера. И деньги платила вам я, а не он.
— Очень приятный сюрприз, — разглядывая документы, ворчал себе под нос полковник. Надо сказать, ему не удавалось скрыть свою растерянность. — И как же будет строиться наша работа дальше?
— Достаточно просто. Вы окажете мне содействие в вывозе из Курнакова некоторого оборудования. Для этого потребуется хорошая охрана — охрана от Крылова и прочих ястребов. Теперь я могу посвятить вас в некоторые детали. Вам будет полезно об этом знать, чтобы все ваши эфемерные мечты на хороший, крепкий паек улетучились.
На территории объекта в Курнакове обнаружен немецкий архив военного времени, имеющий огромную важность для нашей страны, государства и органов контрразведки. Этот архив в целости и сохранности должен доехать до Москвы и попасть в руки ФСБ. Такова моя воля. Я, как честный гражданин России, приняла такое решение. Информацию о готовящемся заговоре я получила из достоверных источников ФСБ.
Как выяснилось, мой муж Ханс Шефнер является агентом западногерманской разведки и вскоре будет арестован. Юрий Крылов отщепенец и бандит, находящийся в розыске. Вам это подтвердят столичные сводки, если вы захотите с ними ознакомиться. Он и Ингрид Иордан, которую вы также хорошо знаете, обвиняются в серийных убийствах, совершенных в столице в прошлом месяце. И тот и другая здесь. Один только что вышел из вашего кабинета. Теперь они разбились на два противоборствующих лагеря и поодиночке собираются завладеть архивом.
— Минуточку, минуточку, не торопитесь. Зачем, как вы говорите, бандиту нужен архив военных лет? И зачем он нужен этой самой Ингрид?
— Помимо архива в ящиках хранятся ценности — музейные картины, антиквариат Я тому подобное. Никто сейчас не берется оценивать содержимое ящиков, но речь идет о миллионах долларов. Все это принадлежит государству, и я намерена вернуть народу его ценности.
— Похвально, весьма похвально. Так, значит, описи ценностей нет? Их может быть на пять миллионов, а может быть на сто.
— Это не имеет значения.
— И вы не преследуете никакого личного интереса?
— Мне по закону полагается двадцать пять процентов от государства. И я их получу.
— А почему не все? ФСБ получит архив — а вы деньги. Не проценты, а все.
— Не получится, уважаемый Родион Сергеич. В ФСБ знают о кладе. Кроме того, что вы будете делать, если вам в руки попадет брошь с бриллиантом в четыре карата работы Фаберже? На рынке продадите? С такими вещами носа на улицу не высунешь. Слух распространяется со скоростью вируса южноафриканской лихорадки. Вы подарить ее никому не успеете, как вас замочат в собственном подъезде. Антикварный рынок давно уже поделен и тщательно контролируется. К сожалению, крестными отцами, а не вами.
— Что ж, вы хозяйка, вам виднее. Конечно, я вам помогу. Попытаюсь договориться с железной дорогой и выбить для вас состав до Москвы. Охрану также выделю. Что еще?
— Мне нужен отряд ОМОНа сегодня ночью: боюсь, готовится попытка вывезти архив с объекта без моего ведома. Это сделает кто-то из троих — Шефнер, Крылов или Иордан. Пусть вывозят, наше дело перехватить груз и отправить его на вокзал. Надеюсь, вы серьезно говорили о вагонах?
— Конечно, этот вопрос мы решим в течение часа. Будет вам и ОМОН. Но, как я понимаю, после вывоза архива вы закроете свои объекты?
— Еще не решила. И вот что еще. Гонорар вы, конечно, получите, не будем нарушать старые традиции, а в Москве я о вас поговорю. У меня очень серьезные связи. Постараюсь сделать так, чтобы в отставку вы ушли генералом. А теперь вызовите для меня машину, и пусть меня отвезут в гостиницу. Во второй половине дня я вам позвоню.
— Конечно, надо позаботиться о вашей безопасности.
Как только она ушла, Чепурин задумался. Такого количества информации в один присест он не получал в течение тридцати лет службы. Тут было над чем подумать.
