Влад вздрогнул, рассмотрев за спинами богов огромную птицу с громадным клювом и человеческими руками.
– Он готов пожрать или спалить огнем всех змей на земле. Проклятый убийца сделал бы это, не будь он так ленив. А этот самовлюбленный красавчик Вишну… Неужели ты не хочешь отомстить, поквитаться за унижение и сотни лет забвения?
– Я уже говорил, что хочу. Не понимаю, к чему эта демонстрация?
Выдохнув, Влад отступил от панорамного окна. Боль сжала сердце, словно в кулак. В горле застыл комок. Мир богов был непередаваемо прекрасен. И манил. Понимание, что ему никогда не пройти по звездной дороге в сто дворцов небесного города, заставляло испытывать отчаяние и злость.
– Я хочу, чтобы ты вспомнил, что именно ты потерял. Потому что в последнее время тебя слишком привлекают мелкие, суетные и недостойные блага этого мира. Машины, модная одежда, примитивные человеческие радости и женщины. Не забывай, что они лишь слабое подобие того, чего ты лишен.
– О чем ты?
– Я видел тебя вчера совсем не с той девушкой. Алина слаба, ей никогда не стать королевой нагов, равной тебе по силе. Она лишь пешка, которая в лучшем случае завершит обращение.
– Разве запрещено желать более чем одну женщину? – беспечно пожал плечами Влад.
– Я бы не хотел, чтобы ты подвергал опасности свою духовную и эмоциональную связь с Вероникой. Ты знаешь условия. Чтобы исполнилось пророчество, нам нужна не просто королева нагов, а та, которую ты можешь назвать своей возлюбленной. Между вами должен быть огонь, который и повергнет мир в хаос.
– Твоим планам ничего не угрожает, сиятельный Шеша, – отозвался Влад, жадно всматриваясь в светлые, широкие улицы Амаравати. – Алина лишь мимолетная, ничего не значащая слабость.
– Значит, на Осенний бал ты пойдешь с Вероникой?
– А ты думал иначе? Только она. Чтобы создать что-то новое, нужно избавиться от старого. Не так ли?
– Я рад, что ты все понимаешь правильно. Новый мир, рожденный из твоей страсти, будет прекрасен. И ты станешь в нем властелином.
– А ты?
– А я буду новым Брахмой. Роль создателя меня прельщает больше.
Самая высокая точка горного хребта Кайлас в тибетских Гималаях терялась в толще голубого неба. Солнце золотило снежно-белую, покрытую сверкающим льдом вершину, лишь едва выглядывающую из густых, похожих на вату облаков.
Именно там, на недостижимой для простых смертных высоте, по древним преданиям, находилось райское царство, принадлежащее верховному божеству индусов – Шиве. Считалось, что сама гора Кайлас стала для него троном. Но легенды не совсем точны.
Шива восседал на тигриной шкуре в золотом дворце, напоминающем парящий над ледяной вершиной цветок лотоса. На бледном прекрасном лице, похожем на полную луну, застыло выражение вселенского спокойствия. Темные волосы бога были собраны в высокий пучок на макушке; шею обвивала змея, являющаяся символом священного шнура. Такие же змейки, словно браслеты, свернулись на запястьях и щиколотках. Прикрыв глаза и положив руки на колени, бог застыл в позе лотоса и ждал. Лишь третий глаз неотрывно смотрел вдаль, выискивая что-то между облаками.
В центре зала кружились в танце прекрасные апсары [14]. Грациозные гибкие создания, казалось, не касались ступнями пола. Взлетали невесомые шелка тонких полупрозрачных одеяний, обнажая стройные, загорелые ноги танцовщиц. Звенели золотые браслеты на щиколотках, но ни одна, даже самая умелая и красивая, танцовщица не могла отвлечь бога от созерцания входной арки. Шива был занят. Он ждал гостью.
Чернокожая женщина и в обычном деловом костюме с темно-коричневым кожаным кейсом в руках смотрелась величественно. Она шагнула в золотой дворец прямо с облака. Едва она пересекла границу, человеческая сущность начала разрушаться, и через минуту разлетелась сотней осколков, словно хрупкое, разбившееся зеркало, обнажая истинный лик нанесшей визит богини.
Испуганные апсары, словно порхающие мотыльки, суматошно разлетелись в разные стороны и присели на пол у золотых стен. Они с благоговейным ужасом косились на гостью и тихонько перешептывались между собой. Их встревоженный разговор напоминал утреннее несмелое щебетание птиц.
Шива даже не повернул головы, лишь слегка приоткрыл глаза, и разговоры тут же смолкли.
– Приветствую тебя, Многоликая! – Шива говорил не разжимая губ, его голос доносился, казалось, отовсюду.
– Зачем звал?
Высокая обнаженная женщина с темно-синей кожей неспешно приблизилась к Шиве и посмотрела на него сверху вниз. Пояс из человеческих кистей мерно покачивался при каждом движении полных бедер.
У Многоликой богини было четыре руки, нижней левой она за волосы тащила отрубленную голову демона, в верхней держала окровавленный меч. Верхняя правая делала защитный жест, а нижняя благословляла на исполнение желаний. Тонкую изящную шею женщины украшало тяжелое ожерелье из человеческих черепов.
– Ты как всегда прекрасна и впечатляюща, – не смог удержаться от комплимента Шива, но в ответ заработал лишь снисходительный презрительный взгляд. Богиня давно воспринимала восхищение как должное.
