Инспектор шотландской полиции Джим Таггерт, блистательно сыгранный Марком Макманусом, уже доказал свою компетентность миллионам зрителей одноименного телесериала. Теперь с методами расследования знаменитого детектива знакомит писатель Питер Кейв. Расследование убийства начинается с находки двух черепов при строительстве новой дороги. Инспектор Таггерт пытается установить связь между черепами и кражей ядовитых змей из лаборатории фармацевтической компании.
Проект новой городской автомагистрали стал предметом большой дискуссии с самого первого дня, как он был предложен министерством транспорта.
Многие жители Глазго с огорчением сетовали на то, что Уайтхолл [1]не хочет брать на себя бремя основных расходов. Раздавались голословные утверждения, что члены городского совета получили взятку от подрядчиков, стремившихся получить выгодный заказ.
Затем в игру вступили защитники окружающей среды, оплакивая дальнейшую потерю бесценного, но, увы, постоянно редеющего лесного массива, что окружает «Милый Зеленый Край», как некоторые старые жители Глазго до сих пор величают свой любимый город и окрестности. Их аргументы получили дополнительную силу благодаря тому факту, что, согласно проекту, магистраль должна была пройти менее чем в полумиле от одного из самых значительных археологических памятников, обнаруженных в Шотландии за последние шесть десятилетий. Там, где, как выяснилось, когда-то располагался большой лагерь римлян, произвели раскопки и уже обнаружили много важных для науки находок. Наступил момент, когда всем казалось, что зеленые могут праздновать победу.
Но проектировщики в конце концов добились своего. Подряды были распределены, работа закипела, и тема эта постепенно сошла с первых страниц местных газет.
Вплоть до последнего времени все обстояло именно так. Но строительство новой дороги приготовило еще несколько сюрпризов.
Старший инспектор, детектив Джим Таггерт, как правило, не особенно интересовался политикой. Во-первых, у него не хватало на это времени и он более или менее привык к тому, что всеми общественными вопросами в их семье ведает жена. С другой стороны, гораздо сильней его волновал тот факт, что в земле вдруг начали находить человеческие черепа.
Сержант Майк Джардайн остановил машину прямо на строительной площадке. Заглушив двигатель, он вылез из кабины и подождал Таггерта, чтобы вместе отправиться к небольшой группе людей, столпившихся вокруг ковша экскаватора.
Таггерт угрюмо обозревал море грязи и распаханной земли вокруг. Взгляд его скользил по линии земляных работ, словно уродливый шрам змеившейся по некогда зеленым полям.
— Мальчишкой я любил собирать здесь ежевику, — проворчал он, сумев простой фразой создать такое впечатление, будто он с детства отрицал всяческий прогресс.
Но эта информация вкупе со смыслом, в ней заключенным, не достигла ушей Джардайна. Он уже наглухо погрузился в свое «рабочее» состояние. Для него стройплощадка являлась всего лишь местом жуткой находки, а, возможно, и преступления.
— Конечно, вполне может оказаться, что это еще один римский череп, сэр. Археологические раскопки, где были найдены остальные два, ведутся с той стороны насыпи. — Джардайн сделал неопределенный жест в сторону скопления техники и рабочих бытовок.
Таггерт что-то промычал, но и только. Он направился туда, где городской патологоанатом-криминалист доктор Эндрюс изучал содержимое экскаваторного ковша.
Эндрюс поднял голову и коротко кивнул вместо приветствия.
— Боюсь, что пресса успела приехать сюда раньше вас, — заметил он. — Они буквально ходят за мной по пятам. Я предполагаю, что черепа станут гвоздем сезона.
Таггерт обвел взглядом группу репортеров и фотографов, удерживаемых несколькими полицейскими за барьером из желтой ленты. С некоторым удовлетворением он заметил, что констебль Джеки Райд, по всей видимости, взяла руководство этой операцией на себя. И хотя Таггерт никогда не сказал бы об этом прямо ни ей, ни Джардайну, он со все большим уважением относился к этой девушке, обещавшей стать преданным делу офицером полиции.
Довольный тем, что представители прессы, кажется, находятся под контролем, он вновь переключил внимание на Эндрюса и содержимое ковша. Там, поверх горки свежей земли, словно огромное грязное яйцо, лежал изуродованный, но вполне узнаваемый человеческий череп.
Таггерт вздохнул.
— Скажите нам что-нибудь хорошее, — попросил он Эндрюса. — Скажите, что это император Клавдий, и мы все разойдемся завтракать по домам.
Эндрюс покачал головой, словно извинялся.
— Боюсь, завтракать нам придется здесь. Римляне большей частью кремировали своих покойников.
— А как же тогда быть с теми двумя черепами, что найдены в прошлом месяце? — вмешался Джардайн. — Они были совершенно целые.
Доктор Эндрюс слегка нахмурился, как будто не привык к тому, чтобы его утверждения подвергались сомнению.
— Это исключение. Вот почему археологов так удивила эта находка.
И Эндрюс вновь полностью переключил внимание на Таггерта, словно младшего офицера не было рядом.
— Хочу сообщить, что у этого черепа полностью отсутствуют зубы и преднамеренно разбита нижняя челюсть.
Таггерт собрался поразмыслить над значением полученной информации, как вдруг его отвлек взволнованный крик одного из строительных рабочих. Примерно в двадцати ярдах отсюда он обнаружил еще один череп. Сейчас он размахивал им над головой, словно флагом.
Гул возбуждения прокатился по группе репортеров.