— Наливай, Илень, — повелел вождь дривов, — пусть все сложится, как мы замыслили!
Шум, доносившийся с торжища, отдавался мощным эхом в голове Джериша. Звук перекатывался под сводом черепа, грохоча, словно в пустой бочке, не давая сообразить, что происходит во рту. Жезлоносец приоткрыл глаза. Низкий закопченный потолок висел над головой, казалось слегка покачиваясь, норовя обрушиться и придавить лежащего.
Джериша ужасно раздражали здешние потолки. Все время приходилось низко кланяться, чтобы не цеплять их макушкой. А в дверь ему приходилось чуть ли не проползать на четвереньках, подобно рабу. Учай как-то обмолвился, что кланяться, входя в дом, хорошо и правильно — так приветствуешь домового. Но Джериша это только сильнее взбесило: «Так я еще и духам местным поклоняюсь?!»
— Очнулся? — послышался над его головой негромкий голос Учая.
А вот и он. Как тут говорят, помяни нечисть, она и явится.
— Что стряслось? — попытался приподняться арий. Происходящее вокруг ускользало от взгляда. — Где моя рубаха? Почему я голый?
— Я велел Мине постирать твою одежду. Ты вчера хватил лишку и… — Учай замялся, — испачкал ее. Когда мы с парнями притащили тебя сюда, сам ты идти уже не мог…
Джериш хотел было сесть, но скривился и схватился за голову. Учай, присев рядом на край лежанки, помог ему.
— Я велю принести кваса.
— Лучше браги!
— Как скажешь.
Сын Толмая кивнул и хлопнул в ладоши.
— Да прекрати ты шуметь! — простонал арий.
Дверь отворилась, внутрь заглянул Вечка. Учай велел принести ковш браги и снова повернулся к страдальцу:
— А теперь, мой господин, быть может, расскажешь, что ты задумал?
— Я что-то задумал? — изумился жезлоносец.
— Да, вчера ты кричал на все торжище, что собираешь отряд из наемных стражей и все мы нынче идем на Аратту.
— Зачем?
Учай улыбнулся краем рта, но тут же согнал улыбку с лица.
— Ты утверждал, что злодей Ширам убил государя и похитил моего благодетеля, царевича Аюра. Что в столице ныне правит твой родич Киран и мы должны поспешить ему на помощь…
— Да, точно! — Джериш помрачнел, и даже мутный взгляд его немного прояснился. — Собирай своих парней. Нужно сейчас же выступать!
— Сейчас невозможно, — развел руками Учай. — Мина постирала твою одежду, и она сохнет во дворе на заборе. А найти такую же рубаху и порты на торжище не выйдет — ты слишком огромен…
— Хорошо, — скрипнул зубами Джериш. — Но как только они высохнут, мы сразу выступим в поход!
— Это мудрое решение, — склонил голову Учай. — А покуда дозволь изложить тебе мои мысли. Надеюсь, я не зря ловил твои слова и ты будешь доволен своим учеником…
— Давай выкладывай. Что ты там надумал?
— Я совсем уже было приказал готовиться к походу, но тут меня будто стрелой пронзила страшная мысль! Вчера на торгу я узнал о недобитых дривах — ты называл их болотными вендами, — которые прячутся по здешним лесам и злоумышляют против Арьялы. Наверняка они тоже знают о смерти государя и мятеже накхов, надеются, что мудрейший Киран для подавления мятежа отзовет из этих краев часть войска. Тут-то они и ударят арьяльцам в спину…
— Пожалуй, ты прав, — морщась, проговорил Джериш. — Чтобы хорошенько всыпать чернохвостым накхам, понадобится сильное войско.
— Благодарю за похвалу, мой славный учитель. — Учай прижал ладонь к узкой груди. — Но если так — перед нами дорожная росстань… — Он принялся загибать пальцы. — Мы можем собрать кое-какое войско и идти в Арьялу на помощь твоему старшему родичу. Однако в этом случае за нашей спиной, несомненно, полыхнет пожар. А если болотный край поднимет оружие против Арьялы, к ней могут примкнуть и прочие вендские племена — и тогда…
— Брат окажется в кругу врагов, — сжимая кулачищи, подхватил Джериш.
— Именно так! Возможно, мы и дойдем до Арьялы, — продолжал рассуждать Учай. — Хотя коварные дривы, нападающие из лесных засад, постараются осложнить наш путь. Но я верю в покровительство бога Солнца и твою мощь, господин! Часть нашего войска непременно доберется до столицы… Но вот чем она поможет достойнейшему Кирану?
Джериш задумался и даже ощутил некую тревогу, источник которой не смог найти и потому тут же о ней позабыл. Не в первый раз этот хилый, подобострастный юнец являл удивительную мудрость, когда дело касалось вопросов войны. Да, не зря он рассказывал мальчишке о полководцах былого и славе воинов Аратты!
В дверь без стука вошла Мина и с поклоном подала Джеришу резной ковш, до краев полный остро пахнущей браги. Тот радостно выхватил ковш у нее из рук и в четыре глотка осушил до дна, после чего утер губы и вернул ковш, игриво подмигнув. Жена Учая даже не шелохнулась. Но глядела на воина, не сводя глаз, как будто не могла оторвать взора от его могучих плеч и груди.
— Ступай, Мина, — холодно сказал Учай.
— Пусть остается! — перебил его повеселевший Джериш. — Мы же здесь все, считай, родичи…
Строгий взгляд больших серых глаз заставил его смущенно умолкнуть.
