– Не будь смешной. Зачем им вас пугать, если они стараются вас спасти? И не морочь мне голову. Что тебе сказала Элэйк? Я не пытался воспользоваться ее слабостью, что бы она там ни говорила!
– Да знаю я, – Грюндли махнула рукой. – Я просто дразнюсь. Должна признать… – неохотно добавила она, – ты относишься к Элэйк лучше, чем я от тебя ожидала. Я была не права. Извини.
– Что она тебе сказала? – в третий раз спросил Эпло.
– Что вы собираетесь пожениться. Не сейчас, конечно. Элэйк не дура, Она понимает, что сейчас неподходящее время для свадьбы. Но когда мы переселимся в новое королевство – если, конечно, это случится, в чем я начинаю сомневаться, – тогда вы сможете пожениться и начать новую жизнь.
«Ну вот – с горечью подумал Эпло, – а я-то думал, что она опомнилась. А она, по-видимому, только сильнее размечталась».
– Ты любишь ее? – спросила Грюндли.
Эпло нахмурился, думая, что гномиха решила снова подразнить его. Но, повернувшись, он увидел, что она совершенно серьезна.
– Нет, не люблю.
– Так я и думала, – вздохнула Грюндли. – Почему же ты не сказал ей об этом?
– Мне не хотелось причинять ей боль.
– Забавно, – сказала гномиха, проницательно глядя на патрина. – Только ты не из тех, кого сильно волнует, причинят они боль другим или нет. А в чем настоящая причина?
Эпло присел на корточки, так, что его глаза оказались вровень с глазами гномихи.
– Прежде всего, если я чем-то огорчу Элэйк, никому от этого лучше не станет. Так?
– Ну, так, – кивнула Грюндли. Эпло вздохнул и встал.
– Послушай-ка, ведь крики прекратились. Насколько я понимаю, встреча окончена.
Грюндли поспешно вскочила на ноги.
– Пожалуй, мне пора идти. Если заметят, что меня нет, у Хартмута будут неприятности. Я надеюсь, мои родители все-таки помирились с людьми. На самом-то деле отец глубоко уважает Думэйка и Делу. Это он из-за змеев сейчас сам не свой.
Гномиха бросилась к выходу. Эпло успел поймать ее и втащить обратно.
Мимо шествовал Ингвар. Его лицо было красным – то ли от света костров, то ли от гнева. Гном что-то бормотал себе под нос и размахивал руками. Его жена топала чуть поодаль. Губы у нее были плотно сжаты: она была слишком сердита, чтобы разговаривать.
– Похоже, они: так ничего и не решили, – сказал Эпло.
Грюндли покачала головой.
– Элэйк права. Ты послан нам Единым. Я буду молиться, чтобы Единый помог тебе.
– Тот самый Единый, которым я клялся? – спросил Эпло.
– А какой же еще? – спросила Грюндли, удивленно глядя на патрина. – Единый, что повелевает волнами.
Гномиха нырнула за дверь, и топот ее коротких ножек стих в ночи. Эпло посмотрел, как маленькая фигурка неуклюже пробирается среди костров, и убедился, что она легко опередит родителей. Разгневанный Ингвар размашисто шагал вперед, но Эпло полагал, что отнюдь не худенький король быстро выдохнется. У Грюндли будет вполне достаточно времени, чтобы убрать мешок с картошкой, улечься на место и тем самый спасти возлюбленного Хартмута от обрития бороды или как там, у них принято наказывать часовых, пренебрегших своими обязанностями.
Эпло отошел от двери, кинулся на постель и стал смотреть в темноту. Он думал о гномах и об их вере в Единого, прикидывая, не удастся ли ему использовать это в своих интересах.
– Единый, что повелевает волнами, – хмыкнут. Эпло.
Он закрыл глаза и расслабился. Сон уже начал рассекать незримые нити, связывающие разум с телом, позволяя сознанию свободно странствовать до тех пор, пока заря не вернет его обратно. Но прежде чем Эпло окончательно погрузился в сон, в его мозгу эхом прозвучали слова Грюндли. Но голос, который произнес их, не был голосом гномихи. Слова пришли откуда-то извне, как вспышка яркого белого света, и они немного отличались.
«Единый, что повелевает Волной».
Сонливость у Эпло словно рукой сняло. Он сел, вглядываясь в темноту хижины.
– Альфред? – окликнул он и тут же почувствовал раздражение и удивление: откуда у него появилось ощущение, что этот сартан здесь?
Эпло снова улегся, и в его сне перемешались гномы, Элэйк, Альфред, Единый, змеи-драконы и еще много всякой всячины.
Эльфы опоздали на два цикла, чему не удивился никто, кроме, пожалуй, одного лишь Эпло.
Думэйк на самом деле не ожидал, что Элиасон прибудет так рано, и потому, когда дельфины принесли известие, что эльфы уже подплывают к Фондре, был изумлен безмерно. Он отправил всех в селение, где немедленно поднялась жуткая суматоха: мыли и чистили гостевые дома для эльфов.
Эти дома были построены специально для того, чтобы принимать эльфов, которые, как и гномы, требовали особого обращения. Например, ни один эльф, ни за что не согласился бы спать на полу. Вопрос был даже не в удобстве. Давным-давно эльфийские алхимики в своих попытках научиться управлять движением морских лун открыли, что благодаря воздействию на луны солнечных лучей выделяется пригодный для дыхания воздух, окружающий луны.
