Он ушел, а я осталась погруженной в свои безрадостные мысли и самобичевание. Если во всех предыдущих случаях нападения монстра я ничем не могла помочь, то теперь на мои плечи навалился весь груз ответственности за произошедшее несчастье с этой маленькой девочкой. Она же такая тщедушная, даже в обмороки падает от резких запахов, разве может такая убежать от питомца Слизерина? Ответ напрашивался сам собой — первокласснице никоим образом не спастись. Оставалась очень слабая надежда на то, что она все же жива. Кажется, Уизли это чистокровная семья магов, не помню точно. Нужно будет уточнить у Северуса, когда он вернется. Если это так, то опасность угрожает ей в гораздо меньшей степени чем, например, мне. Но может она все же просто где-то прячется? Мало-ли, ребенку просто захотела посидеть в одиночестве, в каком-то укромном уголке. Я сама этим часто занималась.
По школе разнеслось тревожное объявление Макгонагалл, в котором она призывала всех студентов разойтись по общежитиям до дальнейших указаний и собирала всех учителей. Похоже, информация подтвердилась. Я тяжело вздохнула и уставилась в окно и приготовилась ждать. Что же теперь будет?
Со стороны двери раздался шорох. Кажется, кто-то уже пришел, но вступать в разговор откровенно не хотелось, так что я просто продолжала сидеть в углу до тех пор, пока не пришла основная масса учителей. Ничего нового, увы, узнать не удалось. Джинни действительно пропала бесследно. Все ее вещи были на своих местах. Магический поиск директора только подтвердил — в стенах школы ее нет. А на фоне всех предшествующих событий вывод напрашивался сам собой. Вот только мне не верилось, что монстр до этого времени всего лишь занимающийся окаменением и ни разу не нападавший непосредственно, мог вдруг столь лихо изменить своим привычкам. Разве что следуя чьему-то приказу. Ну или монстр просто в конец изголодал. Но в последнее верилось мало. Должна же эта зверюга была чем-то питаться столько веков?
Мне сразу же вспомнились слова Люциуса о том, что та самая тетрадка была подброшена кому-то из Уизли. Могла ли это быть именно Джинни? Или кто-то из ее братьев так развлекается? Решили подшутить над шладшенькой? А что? Дети порой бываю очень жестоки, по себе знаю. Но больше никто из Уизли не пропал… Или просто дожидается ночи, пока все немного угомоняться и можно будет спокойно выйти… на патрулирование, например. Я перевела пристальный взгляд на бледного рыжеволосого старосту. Перси Уизли. С ним я была знакома шапочно. Видела только на общих трапезах, да когда он приходил отводить младшие курсы в общежитие. Всегда исполнительный, вежливый и очень амбициозный молодой человек. Разве не отличное подспорье для того чтобы воспользоваться черномагической вещью в своих целях? Но зачем вредить собственной сестре? Или это просто отвлекающий маневр, чтобы отвести подозрение и вызвать сочувствие? И то верно — чистокровный но бедный род, что недавно попал в опалу из-за известного своими темными делишками Люциуса Малфоя. Что ни говори, а о моих родственниках ходят самые непрезентабельные слухи. И тут подворачивается такая отличная возможность чтобы заткнуть рты всем недоброжелателям и получить не только моральную, но и вполне себе материальную поддержку общества. Конечно это случится только в том случае если информация выйдет за стены Хогвартса, а это возможно только в том случае если кто-то погибнет… или бесследно исчезнет на время. Неплохой план.
Мои напряженные размышления были прерваны запоздалым появлением Локхарда.
— Ох, простите, я что-то пропустил? — Искусственно-златовласый герой женских грез невинно похлопал глазами на всех собравшихся. Все ответили ему неприязненными взглядами. За этот год он успел достать многих, так сказать, до самых печенок.
— А почему бы не поручить профессору Локхарду поиск и спасение пропавшей девочки? — Раздался вкрадчивый голос Северуса из-за моего левого плеча, а я и не заметила, когда именно он вернулся. — Он получит отличную возможность одолеть монстра, о которой так сильно мечтал.
Похоже кто-то решил отомстить. Я мысленно рассмеявшись покосилась в сторону Руса, тот заметив мой смеющийся взгляд, но проигнорировал его. Ну понятно — все еще дуется из-за шампуня. И когда он уже успокоится? Даже я наступив на горло своему обиженному в самых искренних чувствах и возмущенному эго, стараюсь вести себя как раньше, а ему лишь бы строить из себя жертву! Бесит. В следующий раз обязательно добавлю парочку лишних травок без видимого привкуса и аромата в его травяной настой. Если уж будет обижаться, то по крайней мере я буду знать, что это за дело. И вообще, почему именно я должна первой идти на уступки и предпринимать шаги к примирению? А то я вся такая незрелая, а поведение детское отнюдь не у меня…
— А действительно, — согласился профессор Флитвик, — Гилдерой, вы же сами сетовали на то, что мы не разрешили вам попробовать свои силы раньше. Вот вам и карты в руки!