2. Поставленную на грань сильнейших потрясений Российскую империю за счёт практически в полном составе уничтоженной семьи монарха, за исключением одной единственной дочери, которая находится у меня в домене.
3. Ровно такая же ситуация с Японией. Уничтоженная семья императора и лишь две его дочери и официальная наложница (мама близняшек), что так же в данный момент пребывают в моём домене.
4. Я даже не могу предположить, кто бы это мог быть и стоять за этим конфликтом!
Определённо мне пришлось столкнуться с магически одаренным существом, которому зачем-то было необходимо острое обострение без возможности к применению между Россией и Японией. Ведь как только бы весть о том, что русских воинов отдали на заклание и пиршество демонов, то в это войну вступили бы все те немногие маги, что поддерживают контакт с императорской фамилией, и православная церковь с её инквизицией и монахами. Мясорубка бы вышла здесь знатной!
Вмешавшись во всё это, я явно сломал планы неизвестному игроку. Теперь у него точно уже не выйдет управлять Японией как ему вздумается, а ни о какой войне и речи быть не может. Причём мне очень любопытно, как будут оправдываться магловские власти и отнекиваться англичане с американцем от всего того дерьма, в которое их втянули Японцы. Уж они-то точно не предполагали того, что японцы применят в предстоящей войне не просто магию, а используют на своей стороне демонов. Католическая церковь и без того недобро поглядывает на протестантскую и англиканскую церковь, а тут главные страны, являющиеся центрами этих раскольников-отступников от верного учения Христа, так себя скомпрометировали.
Кстати, нужно наведаться к Венченцо и из первых уст поведать ему о произошедшем, а также согласовать наши дальнейшие действия. Не желаю я разоблачаться и выступать в качестве спасителя Российской империи, уж пусть лучше мой старый товарищ примет на себя это бремя.
Понятное дело, что основные, главные персонажи всего это безобразия будут знать о моём участии во всем этом, но далеко не в полной мере.
Предавался же я размышлениям, находясь всё также в центре энергетического шторма посреди Токио, на месте бывшего замка Эдо, где ещё минуту назад находился императорский дворец.
Ладно, всё что я хотел разглядеть в действующем магическом явлении, я уже углядел и даже приблизительно себе представляю, каким методом этого смогли достичь. А раз так, то пора и честь знать.
И больше не задерживаясь в Японии, я переместился в Ватикан, в кабинет Конана II.
— Здравствуй, друже. Чего такой смурной?
Что-то совсем Венченцо выглядит кисло, чего это с ним? Неужели он уже в курсе произошедших событий? Прибыл же я к нему как и ранее при помощи пространственного перемещения, но если в прошлый раз это сопровождалось сгущением теней и моим выходом из сумрачного зева во тьму, то в этот раз всё было с точностью наоборот. Солнечные лучи, будто обзаведясь собственной волей, стали стекаться сперва в овальную продолговатую фигуру, что через несколько секунд приняла мой сияющий образ, и на чьё место я совершил своё перемещение, заменив свою иллюзорную светящуюся копию собой оригиналом.
— Здравствуй, Святозар. Беда на Востоке. В Санкт-Петербурге была убита вся семья императора, а единственная его дочь, что гостила у бабушки и должна быть единственной выжившей, пропала вместе с матерью почившего императора. И словно бы этого мне мало, так ещё на востоке страны у Российской Империи произошло боестолкновения с Японским флотом, а по дошедшей до меня информации, там присутствовали демоны. Но Слава Богу, — на этих словах он, лукаво глядя на меня, перекрестился, проигнорировав распятье на стене, продолжил говорить, — случилось чудо! Ночь во время сражения озарилась словно днём божественным сиянием и разогнала тьму, вместе с ней развеяв всех демонов. Представляешь, Владыка?
Пусть мне и удалось убедить Венченцо не обращаться ко мне с придыханием, величественно и называть Господом, но когда он хотел подчеркнуть важность или испытывал сильные чувства, то обращался ко мне Владыка и никак иначе. Вот и сейчас ему не терпелось выяснить подробности о случившемся, да только никак повлиять на меня и мою разговорчивость у него не выйдет, тут либо я рассказываю всё сам, либо игнорю его любопытство и явно выраженный им интерес к данной ситуации. Ему же остаётся только уповать на то, что я посчитаю нужным поведать главе «моей» церкви детали произошедшего.
