А я же её не заметил из-за того, что тупо перестал поддерживать необходимую степень концентрации, дабы иметь возможность смотреть сквозь препятствия. Всё-таки этот дворец зачаровывал я лично, и даже мне в некоторых нюансах не обойти накрученную мной здесь защиту. Так-то тут вся территория была пронизана чарами на выявление, определение и оповещение о злых намерениях по отношению к обитателям дворца уполномоченных к этому лиц, в число которых, естественно, входил и я. А так как никаких сигналов мне не поступало, то я слегка расслабился и поступился мерами безопасности, не поддерживая необходимую концентрацию для всевидящего взора сквозь, положившись на интуицию.
— Господин Нур… Святозар?! — быстренько поправилась моя знакомая лисичка, при этом фонтанируя вокруг восторгом, смущением и ещё черт знает чем. И не играет ведь! А ведь уже давно не малолетняя девчонка, для которой подобная гамма чувств на фоне гормонального шторма и периода бурного роста есть норма. Давно уже должна была научиться держать себя в руках. И то, что Мэй оказалась очень взволнованна нашей встречей, не укрылось даже от моих учениц, ведь из-за охвативших лисичку переживаний, у неё проявились видовые отличительные черты в виде лисьих ушек, хвостов и носика черной пуговкой. Хех… Какие сейчас забавные личики у Беллы с Сильвией, ведь увидеть собственными глазами фейри и после этого остаться в живых — это огромная удача, по крайней мере для Европы.
— И тебе привет. Я сегодня не один, поэтому сама должна понимать… — и в продолжение своим словам пожав плечами, прошёл в её покои. Отчего растерянной моим внезапным появлением лисичке пришлось сдавать назад, пропуская меня к себе в апартаменты. А уж что я там хотел сказать, пусть сама выдумывает. В её прелестной головке я ведь Нурарихён, а тот через дверь в гости не ходит, обычно пробираясь незваным через окна и вентиляцию.
— Знакомьтесь, эту прелестную аякаши зовут Мэй и её видовая, духовная принадлежность относится к лисам. Она аякаши-кицунэ. По уровню сил примерно равна европейским архимагам древности. Это же, — теперь уже я говорил для кицуне, — мои ученицы, Сильвия Гринграсс, — на этих словах Си изобразила книксен, — и Беллатрикс Блэк, — теперь уже Белла повторила действия своей кузины, и после того, как я привлёк к своим ученицам внимание, они на пару пытались не пялиться на лисичку и снизить собственный накал страстей.
— Очень приятно, можете обращаться ко мне просто Мэй, — кивнула им кандидатка в мои суженные. А то, что именно кандидатка, стало ясно по тому, какие мысли и эмоции витали в её разуме и чувственном духе. Помимо однозначных желаний в мой адрес, она также хотела заполучить расположение моего окружения. И решила начать с моих учениц.
— Какие очаровательные юные леди! — после недолго осмотра моих подопечных постановила Мэй и выдала это с такой улыбкой и интонацией, что мелких изрядно так проняло, отчего вид они имели сейчас краснющий от смущения. Лисичка даже не пыталась в моём присутствии использовать в отношении моих учениц свои врождённые природные таланты, а ограничилась лишь обычной психологией и своим актерским мастерством.
— Ладно, опустим комплименты. В течении часа мои вассалы будут готовы к выступлению. Тебе нужно время на подготовку к отправлению в Китай?
— Нет, не нужно. Готова в любой момент выдвигаться, — чересчур радостно и с энтузиазмом ответила мне аякаши.
Видимо, у неё имеются личные счёты и интерес к фейри-людоедам, раз она так радостно восприняла это известие.
Ну, а раз такое дело, то я с ученицами уже не стал никуда покидать апартаменты Мэй, и в то время, когда Витольд на пару с Олафом собирали необходимое количество архимагов для похода в логово лис, мы с девочками пили вкусный чай с абрикосовым вареньем, до тех самых пор, пока нас не прервал, свалившийся словно снег на голову, мой побратим, что вид имел возмущенный и даже обиженный.
— Здравствуй, Святозар, леди! — кивнул Альфонсо моим компаньонам по чаепитию, но не уделяя тем особого внимания, а сходу принялся выражать своё неудовольствие мной, — От кого, от кого, но от тебя я подобного не ожидал, друг!
Воскликнул старый и склочный дед, но с внешностью двадцатилетнего юнца, плюхнувшись в материализованное позади себя кресло.
— Я понимаете дома чахну, не знаю куда от Любавушки своей ненаглядной хоть ненадолго отлучиться. А тут оказывается ты собираешься отправиться на увлекательное сафари, но своего побратима на него почему-то не зовёшь! И после этого ты считаешь возможным называться моим другом?
Хех… А ведь и правда, совсем у меня из головы вылетел Альфонсо и его непростая ситуация в семье. Его жёнушка вновь беременна, а она-то и ранее не особо добрым нравом обладала. В общем, бедолага пользуется любым подворачивающимся случаем, с помощью которого можно без скандала покинуть дом.
