— Какие же мы с тобой были идиоты, Абраксас! Как так вообще вышло, что мы с тобой стали рабами этой твари?! — рычал Натан Нотт, — Ты понимаешь, что это будет полный крах и все пути к отступлению для наших родов окажутся перекрыты?
— Как никто другой, друг мой… как никто другой! — после чего опрокинул в себя полный бокал коллекционного огневиски, — Вот только что мы с тобой можем сделать? Он не предоставил нам выбора, а поставил перед фактом, что наши наследники должны будут этим летом войти в его «ближний» круг! — лицо Лорда Малфоя было бледным и не только потому, что он ещё не отошёл от наказания, которое получил от Гонта в виде десятиминутного Круцио, а из-за того, что в ближайшем будущем будет решаться судьба его немногочисленного рода, состоящего всего лишь из него, его супруги и наследника.
— И что теперь?! Мы должны как безмозглый и безвольный скот пойти на заклание, и даже не предпримем попыток к сопротивлению? — сегодняшняя беседа двух друзей и глав союзных родов происходила в мэноре Ноттов, рода, что со стародавних времён были сильнейшими демонологии тогда ещё Франции, но после того. как на континенте стала лютовать инквизиция, быстренько собравшись, они переметнулась через пролив и попросилась под руку английской короны. Это ещё было задолго до принятия статута, аж в тринадцатом веке.
— А что мы с тобой можем сделать? У тебя припрятано какое-то волшебное средство, могущее нам помочь? В закромах моего рода нет ничего такого, что могло бы нам дать шанс избавиться с гарантией раз и навсегда от этой твари! Да если бы и было, то не факт, что я бы смог это применить. Только мне стоит подумать о такой возможности, как метка на руке начинает пульсировать и причинять нестерпимую боль! Ты мне лучше вот что ответь, ты уверен в непроницаемости этого помещения, и что наш «Лорд» не сможет ничего услышать и узнать о нашей с тобой беседе благодаря своим меткам у нас на предплечьях?
— Абсолютно. Он ведь не бог и даже не архимаг. Зал, в которым мы с тобой сейчас находимся, является произведением искусства демонологов моего рода и был нами перенесён из Франции в Англию, когда наша семья сменила место жительства. И он предназначен для призыва демонов и изолирован лучше чем что бы то ни было, в Англии уж точно! — самодовольно завил Лорд Нотт, — Когда-то камни этих стен видели и сдерживали высших демонов, а разок даже архидемона. Так что можешь не волноваться об изоляции этого места, оно экранировано лучшими из известных роду Нотт заклинаниями и ритуалами демонологов европейской школы.
— Ясно… Но как же бесит сама эта ситуация. Что нам, сиятельным Лордам, как крысам приходится забиваться в самую защищённую нору, дабы иметь возможность просто поговорить и при этом удержать в тайне от Гонта содержание нашей беседы, — А в то, что Марволо может при помощи меток быть в курсе дел своих рабов, им уже давно и доподлинно известно.
— Такова цена наших ошибок, Абраксас, и теперь нам предстоит найти выход из этой задницы, в которую мы угодили, и уберечь свои рода от бытия становления рабами сумасшедшей твари! — опять завёлся более эмоциональный Натан.
— Собственными силами, как понимаешь, нам не справиться с этой проблемой. Нужно искать сильных союзников и проделать это как можно быстрее, пока не стало совсем поздно, и таким образом, чтобы об этом не узнал Марволо.
— Здесь и сейчас можешь называть эту тварь его магловским именем… Кстати, по поводу союзников. В силу нашей проблемы я глубоко закопался в хроники и библиотеку рода, и вот что узнал. Оказывается Альфонсо Бранс происходит из рода демоноборцев, как они высокопарно себя величали, находясь на службе у Ватикана. А совсем недавно мне на ушко напела одна птичка, что новый профессор Хогвартса, что с континента к нам прислан и ныне преподаёт маггловедение и традиции магии, является близким родственником венского затворника, а может быть даже единокровным братом.
— Так вот оно что, — протянул задумчиво Абраксас, — тогда понятно, почему он оказался сопровождающим Марии Бадоэр на приёме у Блэков. Удружила мне, конечно, Анабель… Эххх… Ты себе даже не представляешь сколько умиротворяющего бальзама она уже выпила с того события на приёме. У неё ведь случился сильный нервный срыв, и она после (на протяжении недели) вообще не ложилась спать. Боялась уснуть и не проснуться, как это уже случалось с теми, кто каким-то образом задел венецианскую суку!
