– Она хотела, чтобы я разоблачила семейные тайны Трэкстонов, если она погибнет, – ответила Урсула. – Она хотела, чтобы правда вышла наружу. Но я не могу. Правда лежит слишком глубоко, и я сама ее хоронила. Тедди… – Она всхлипнула, но справилась с собой и продолжила: – Бедный Тедди не заслужил такого.
– Дай-ка я провожу тебя домой.
Но она отмахнулась.
– Я слишком давно делаю это, милый. Я не хочу домой. Не хочу видеть твоего отца – ни сейчас, ни никогда.
Затем обошла меня и пошла сначала по коридору, держась рукой за стену, а потом по лестнице, тяжело опираясь на перила. Я покачал головой и ушел к себе в комнату, где сел на кровать и стал снимать обувь. Было только два часа пополудни – восемь часов по берлинскому времени, – но я не спал в самолете и потому отключился.
Через час я проснулся с тяжелой головой и ощущением ваты во рту. Наручные часы показывали девять вечера, в окно светило солнце. Я не сразу понял, что забыл перевести стрелки, вернувшись из Берлина.
Обулся, поплескал прохладной водой на лицо. В доме было тихо, только у Глории работал телевизор. Я постучал к ней.
– Извини, что беспокою… А где Тедди?
– Урсула взяла его к ним, поиграть в поезда, – ответила Глория.
Конечно, второй раунд с отцом так скоро после первого не входил в мои планы, но и позволить Тедди оставаться в его компании и дальше я не мог. Выскочил из дома, перебежал дорогу, взлетел по ступенькам особняка напротив и позвонил в дверь.
Мне открыл дворецкий. Вид у него был осуждающий.
– Я пришел забрать сына.
– Его здесь нет.
– Он пришел с Урсулой.
Дворецкий покачал головой:
– Ее нет дома.
Я уже готов был отпихнуть его и ворваться в дом, когда обратил внимание на то, что он удивился не меньше меня.
– Она сказала, что идет к вам, – добавил он.
– Она была у меня, потом ушла, – сказал я, чувствуя, как внутри меня поднимается паника. – То есть они оба ушли…
Я лежала на чужой кровати и смотрела в незнакомый потолок. Все, что я видела, дрожало и расплывалось, как будто я со дна реки рассматривала рябь на ее поверхности. Но вот мой мозг словно очнулся, воды расступились, и зрение прояснилось.
Рядом со мной стоял человек в белом халате, на вид не старше меня. У него была короткая щетина на шее, изображавшая бородку, и заметный дефект прикуса.
– Оно ожило, – сказал он, как будто я была чудовищем Франкенштейна, которое вдруг зашевелилось под брезентом.
Я пообещала себе, что, как только смогу стоять, первое, что я сделаю, – напинаю этому мудаку как следует.
– Где я? – услышала я свой каркающий голос.
– В больнице, – ответил мудак. – Я – доктор Вайсс. Вы помните, как попали сюда?
– Меня выбросили из окна. Ударили электрошокером… дважды. Бен Норткатт хотел меня убить.
– Вы даже не представляете, до чего вы везучая, – сказал он. – Пролетели три этажа и упали на проволочную сетку. Несколько глубоких порезов, два ожога от электрошокера, перелом пятой плюсневой кости левой стопы и множественный перелом запястья. Честно говоря, я бы на вашем месте купил лотерейный билет, как только вышел отсюда.
– Вы, правда, врач?
Он усмехнулся:
– Тут ваши родные, ждут не дождутся. Готовы к встрече?
– Ага, – сказала я, надеясь, что это будет Риган, но опасаясь, что это окажется отец, и заворочалась, пытаясь принять сидячее положение. Доктор Вайсс обеими руками надавил мне на плечи, заставляя лечь, потом нажал какую-то кнопку, и верхняя половина моего тела приподнялась вместе с кроватью. – А где копы?
– Тоже здесь, ждут.
– Пусть войдут.
Не прошло и минуты, как в палату влетела Риган и кинулась мне на шею.
– Как ты нас напугала! Прямо до смерти! Ты в порядке?.. Мать-тигрица тоже хотела прийти, но сюда не пускают больше двух родственников за раз.
Тут в палату вошли Вильяверде и Гори. Замыкающим подтянулся отец. Вид у него был встревоженный и бледный.
– Вы должны посадить Бена Норткатта, срочно, – выпалила я. – Он спятил. Пытался меня убить.
– Расскажите подробно, что случилось, – сказал Вильяверде.
Я постаралась объяснить все как можно доходчивее, не упоминая криминальные делишки Трэкстонов и роль моей сестры в них.
– Бен считал, что они с Каро и Тедди уедут и втроем начнут новую жизнь. Он не знал, что моя сестра не хочет иметь с ним ничего общего, – закончила я свой рассказ. – Он признался, что в то утро у него вышла стычка с Каро. Он схватил ее за плечи и сильно встряхнул, а она упала и ударилась головой. Правда, Бен утверждал, что после этого Каро встала и пошла и что с ней все было в порядке, но я сказала ему, что это он ее убил. И тогда он попытался убить меня.
– Значит, вы были на верном пути, – сказал Вильяверде. – Интересно, как Тео примет известие о том, что жена собиралась его бросить?
– У него сегодня и так худший день в жизни, – вставил Гори.
– Почему?
– Тедди пропал, – пояснил отец.
– Его мачеха исчезла и, похоже, прихватила парнишку с собой, – продолжил Вильяверде. – Что вам об этом известно?
Я была ошарашена.
– Урсула всегда была очень милой… и нетрезвой. Почему вы думаете, что это именно она взяла Тедди?
