Он ржал, запрокинув голову. Как же это никто не видит, не понимает?! Почему он сам раньше этого не осознавал? Ведь все же ясно, как божий день! События, что раньше казались случайными и не связанными друг с другом, теперь сложились в единую картину.
— Каков же, падла! — прохожие, видя заливавшегося от смеха странного парня, тут же отводили глаза и старались быстро пройти мимо. — Хорек вонючий!
Алексей совершенно искренне восхищался коварством и терпением Вяземского. Это кем же надо было быть, чтобы настолько тонко все рассчитать?
Парень вспомнил про своего отца, что создал для боярина силовой доспех; про странные покушения на цесаревну; про непонятные волнения; про откровения Вяземского в том подземном исследовательском центре, где почти год держали Алексея. Все это было звеньями одной цепи, тянувшейся от Вяземского к императорскому трону.
По всему выходило, что боярин почти добился своего. Теперь он великий канцлер и регент Ее императорского высочества, фактический правитель огромной империи. Именно Вяземский будет определять, кому жить, а кому умереть вплоть до совершеннолетия Анны. А последнее, скорее всего, и не настанет. Девчонка по всем раскладам не жилец.
— Не жилец… Точно.
Сияющая рожа Вяземского, занимавшая едва ли не весь уличный экран, словно кивала в тон его словам. Мол, все правильно говоришь: императорский трон не для глупой девчонки, а для настоящего императора.
— Точно уже все решил. Приговорил… Вот же, двуличная тварь, — бурчал себе под нос Алексей, продолжая стоять посреди тротуара и пялиться на экран. — Все заранее продумал, а теперь слезы льет.
И точно, с лицом боярина случилась очередная метаморфоза. На место улыбки пришла трагическая гримаса с наморщенным лбом, полными горя глазами, плотно сдвинутыми глазами. Такой актерище в нем пропадал, что диву даешься. Если бы Алексей не знал правду, обязательно бы поверил.
Тем временем Вяземский начал что-то вещать с величественным выражением лица. Алексей навострил уши.
— …Я скорблю вместе с вами. Усопший император был великим правителем и настоящим человеком, остро чувствовавшим душу империи, ее заботы и интересы. Часто общаясь с ним, я видел его переживания…, - боярин рассказывал о покойном императоре, и создавалось стойкое чувство, что тот был его самым близким другом. — … Словно чувствовал, что случиться эта трагедия. Еще несколько недель назад он просил меня позаботиться о своей младшей дочери и об империи, если что-то с ним случится… Я клянусь вам, что организаторы теракта будут самым скорым образом найдены. Имперская служба безопасности уже вышла на след тех, кто это организовал. Это была организация магоненавистников, члены которой сумели проникнуть в специальные службы империи. Раздобыв оружие и снаряжение, они сумели организовать нападение…, - Вяземский перешел на лозунги и клятвы, тут же находившие восторженный отклик у собравшихся в Императорском дворце. После каждого его лозунга по огромному залу начинал гулять громкий гул.
Не став дальше слушать, Алексей ощерился. Ему вдруг пришла в голову совершенно безумная идея, благодаря которой он смог бы добраться до своего врага.
— Значит, говоришь, магоненавистники императора убрали. Ну-ну… Заговор, значит, целый есть. Хорошо…, - кривая улыбка гуляла на губах парня, заставлявшая шедших навстречу прохожих прятать глаза и отворачиваться. Слишком уже страшное получалось у него лицо, почти звериный оскал. — Получи и распишись.
С этими словами он резко свернул с тротуара и нырнул в переход подземки.
Идея, что неожиданно пришла ему в голову, была на удивление проста. Алексей решил спровоцировать беспорядки в окраинных районах столицы, где в многочисленных социальных муравейниках проживала беднота и отщепенцы. Ненависть местных к магам была отлично всем известна. Именно их считали первопричиной всех бед. Мол, из-за них простые люди живут, как собаки.
Еще во время своих скитаний он познакомился с этой малопривлекательной изнанкой столичной жизни. Видел опустившихся людей, что так и не смогли найти свое место. Слышал много историй про беспредел магов, их презрение к обычным людям. Собственно, довелось и на своей шкуре все это испытать в имперской гимназии. Ученики-маги там и не думали скрывать свое истинное отношение к тем, кто не обладал магическими способностями. Гнобили, что скрывать…
За неполные пол часа Алексей доехал до одного из бывших спальных районов, где последние десятилетия селились исключительно граждане последней третьей категории, то есть так называемые «неперспективные». В этой зоне словно грибы после дождя росли высоченные жилые муравейники-кварталы, в которых проживалось по нескольку десятков тысяч человек. Зеленых зон, развлекательных центров и культурных объектов здесь и в помине не было. Единственным, что всегда собирало вокруг себя местных жителей, были особые социальные магазины, где реализовывались продуктовые пайки. Вот по ним Алексей решил и ударить, чтобы народ взбаламутить.
