Тысячи идей проносились в его голове, но каждой из них не хватало чего-то важного, какой-то сердцевины. Он уже решился было на дерзкий, почти безрассудный шаг, когда за дверьми его спальни в холле послышалась возня и донесся приглушенный крик. Тотчас же входная дверь широко распахнулась, и на пороге возник ухмыляющийся Бремет, с плеча которого свисал обмякший часовой. За Бреметом толпились остальные повстанцы, которые тащили второго бесчувственного стражника. Кальрик без церемоний отпустил его ноги и, победно ухмыльнувшись в сторону Байдевина, зажег свечи от углей в очаге.
Ошеломленный этим неожиданным явлением товарищей, Байдевин не сдвинулся с места, пока в дверях не возник лорд Норвик. Норвик бросился к Байдевину и крепко его обнял.
Байдевин чуть не упал и почувствовал, что его сейчас поднимут в воздух, как малого ребенка, но он радостно стерпел это унижение своего достоинства. Снова почувствовав под ногами надежный пол, он крепко сжал запястье Норвика и уже больше не отпускал его.
— Какая встреча, кузен! Я не надеялся увидеть тебя снова, во всяком случае, до тех пор пока Совет не соберется снова.
Норвик опустился перед Байдевином на колени и ответил на его пожатие энергичным салютом.
— А я вовсе не надеялся увидеть тебя живым, Байдевин! Я был совершенно уверен в том, что темницы в замке моего отца станут моей могилой! А зная твой острый язык, я не сомневался в том, что люди Пэшета расправятся с тобой задолго до того, как в их сети попадется желанная добыча. Я рад был узнать, что ты спасся, и все время о тебе думал. Представь себе мое изумление, когда вчера мне доложили, что группа бандитов из Сайдры переправляется на наш берег под знаменем Виграмского замка. Должен предупредить тебя, Байдевин, когда назавтра Совет снова соберется, нас с тобой на нем не будет!
Норвик улыбнулся, и Байдевин заметил в его глазах знакомые озорные искры, которые в дни их юности предвещали небывалое приключение. Эти приключения обычно имели своим завершением небывалую трепку обоим проказникам.
— Не будет? — недоверчиво переспросил Байдевин и хотел было протестовать, но Корис хихикнул и опустился на колени рядом с ним, повернув голову таким образом, что было видно зарождающийся под глазом синяк.
— Он пришел к нам один и без оружия, и мы решили, что с ним легко справиться. Но он сумел привлечь наше внимание… — Корис осторожно потрогал опухоль под глазом, — и мы убедились, что гораздо лучше иметь его среди друзей, нежели среди врагов.
Бремет подошел к окну и высунулся наружу, внимательно рассматривая двор внизу. Когда он обернулся к товарищам, на лице его появилась дерзкая ухмылка. Его выжидательное выражение было настолько под стать проказливым глазам Норвика, что Байдевин забеспокоился.
— Похоже, что ваш лорд Стаггет собирается сдержать свое слово, мастер Байдевин, — промолвил Бремет. — Но нам, кажется, придется убедить воинов Драта в том, что нам необходимо вернуться домой.
Норвик согласно кивнул.
— Да, лорд Драт всегда был довольно вздорным и капризным союзником, он прошел вглубь комнаты и уселся на краю кровати, пригласив Байдевина последовать его примеру. — Но мой отец очень хорошо знал, как следует с ним обращаться, и я собираюсь последовать его примеру.
Байдевин удивленно приподнял брови.
— Тогда ты должен сказать ему, что он дурак и что ты собираешься поступить по-своему.
Норвик пожал плечами.
— Может быть, я не стану выступать так резко, но и молчать я не собираюсь. Отец, например, не стал бы… — голос его дрогнул, и Байдевин положил руку ему на плечо.
— Я тоже скорблю по нему. Уверен, что его смерть была достойной. Он умер быстро, в сражении?
Норвик махнул рукой.
— Мало достойного в том, чтобы умереть от голода в собственной темнице, — он вздохнул. — Мне жаль отца, но еще сильнее я скорблю по поводу Стаггета. Мой отец покоится в мире, уверенный, что я сумею за него отомстить. А Стаггет каждый день помнит о том, что никакая, самая страшная месть не искупит страданий его дочерей.
«И твоих собственных, брат?» — вопрос этот проскользнул в мозгу Байдевина, но он не осмелился задать его вслух. Перед ним сидел тот же самый юноша, который всего несколько месяцев тому назад в волнении шагал по коридорам и залам Виграмского замка, притворяясь безразличным и ожидая возвращения язела. Это был тот же самый молодой воин, который больше всех пил и громче всех пел, когда сваты вернулись с согласием леди Ореи и лорда Стаггета на помолвку. Тут он подумал о том, какой пустой и бессмысленной станет его жизнь, если получится так, что Нориссу отнимут у него. И он снова схватил своей ладонью запястье кузена и крепко пожал, пожелав ему силы и спокойствия.
Норвик глубоко вздохнул и, расправив плечи, выдавил из себя улыбку.
— Поэтому я и пришел, Байдевин. Стаггет будет отомщен, и никто не посмеет этому помешать. Он уверен, что ждать решения Совета бесполезно, и поэтому мы немедленно отправляемся в Сайдру.
— Прямо сейчас? — удивился Байдевин.
