«Хорошо, если это так», — подумал я и нехотя принялся за то, что здесь считалось «жиго». Жареное мясо с чем-то острым. То обстоятельство, что на сцене появляются все новые и новые персонажи, жаждущие конспиративного контакта со мной, не слишком меня радовало.
* * *
— Я сказал ему, что его ищут, — тихо объяснил Ромка Аманесте по-английски. — Если Сергей может догадаться, кто это, то это было бы неплохо.
— Попроси себе помощника, маг, — так же тихо, но по-русски произнесла Аманеста, склонившись над вазочкой с сухариками.
Явно общение с Романом расширило лексикон дочери атамана. Хотя акцент у нее был, как говорится, еще тот.
— Помощника? — озадаченно переспросил я, стараясь прожевать довольно жесткое «жиго».
— Помощника, — подтвердила дочь атамана, отсыпая сухари в смуглую ладошку. — Его тебе приведу я. Это будет связной.
— В какую игру мы все-таки играем? — задумчиво спросил я. — Или во все игры сразу? Ромка сморщился:
— Понимаешь, Серега… Здесь приходится в самом деле хвататься за соломинку…
— Всякая соломинка может просто оказаться наживкой, — пожал я плечами. — Провокацией… Лучше бы вы нашли время и место, чтобы посвятить меня в ваши планы…
— Вот ты, может… — резонно предположил Ромка. — Может статься, что как раз ты и раскусишь — наживку нам подсовывают или нет… А что до наших планов, то… Есть, конечно, планы, но… В общем, лучше, если ты пока ничего знать не будешь. Лучше для тебя, прежде всего. Ты вот скажи, у тебя-то самого планы есть?
— На этом свете без планов не проживешь, — усмехнулся я, снова переходя на местное тарабарское наречие, и налил себе еще вина. — Пока скажу одно: прошу вас, ребята, не предпринимайте ничего, меня не предупредив. И еще: если что-то покажется вам странным… Ну во мне или вокруг… Тоже дайте мне знать. Хотя бы намеком.
Я помолчал. Аманеста и Ромка тоже замкнулись в себе, ковыряя в тарелках остывающую еду.
— Когда Хирам собирается тронуться к Арсеналу? — задал я уже вполне легальный, на мой взгляд, вопрос. Даже, собственно говоря, деловой.
— Это еще не решено… — неуверенно проговорил Ромка.
— Да нет! — тут же возразила Аманеста. — У Хирама все решено на десять лет вперед. Но о своих планах он никого и никогда в известность не ставит. В любом случае он сначала дождется известий от своих людей из Убежища. Ему важно знать — как повлияет твой побег на тамошний народ. На Учителей, на Ходоков… Без такой проверки он и шагу не сделает. Но и затягивать свое решение не станет. Не такой он человек.
— Он не боится, что в пути нарвется на засаду или на что-нибудь вроде этого? — высказал я свое опасение.
— Наверное, больших переходов не будет, — снова уверенно откликнулась Аманеста. — Это где-то здесь. Совсем рядом… Но… — Тут ее голос утратил уверенность. — Это как-то связано с Болотным Графом. Может быть, Зепп больше знает про Арсенал, чем говорит… Так что действительно в пути могут приключиться разные фокусы.
— Они как между собой? — осведомился я. — Зепп и Хирам? Дружат, враждуют? Аманеста хмыкнула:
— Оба они — того сорта люди, у которых нет ни друзей, ни врагов… Должно быть, у них найдутся общие интересы. Арсенал — улов богатый. А Хирам, когда надо, умеет делиться…
* * *
Что ж, медлить не приходилось. Вопрос о помощнике я успел поднять к вечеру того же дня. Старому Хираму взбрела в голову блажь выбраться из пещеры и прогуляться со мной вдоль берега острова. Он, оказывается, и не думал скрывать от меня тот факт, что убежище его находится посреди моря гнилых болот, тянущихся по ничейной земле между границами Риккейского и Термского анклавов. Должно быть, прогулка эта имела целью довести до моего сознания тот факт, что бегство из этого его логова было делом безнадежным.
С этой точки зрения время и условия нашей прогулки были выбраны самым наилучшим образом: сгущался сумрак, над болотами сеял пока еще мелкий, но многообещающий дождик, и порывами дул ледяной ветер. Я накинул на голову полагавшийся мне в качестве части униформы мага капюшон. Старого Хирама погодные невзгоды не волновали, а вот двум нашим спутникам в этой прогулке приходилось вовсе не сладко.
Спутниками, кстати, были выбраны люди до крайности несхожие между собой: верный Джош и насупленный Ромка. Ромка поднял воротник своей курточки, доставшейся ему здесь явно с чьего-то чужого плеча, и стал походить на взъерошенного воробья, а Джош переносил непогоду стоически, лишь страдальчески морщась, когда Хирам не смотрел на него.
Выслушав мои соображения касательно того, что делу бы пошло на пользу, если бы мне ассистировал в моих магических трудах кто-нибудь помоложе и порасторопнее, старик Хирам немедленно впал в нервическое расстройство.
— Ты не предупреждал меня, — неприятным голосом прервал он мои излияния, — что тебе потребуется еще и ассистент! А как насчет личного врача и адвоката? Тебе что — полагается целая свита, когда ты отправляешься в дорогу? Послушай, по-моему, ты просто тянешь время, дорогой мой! Потом ты попросишь еще недельку-другую, чтобы наставить твоего подмастерье уму-разуму и обучить основам вашего ремесла…
