— Ну да, ну да, — фыркнул Том. — Она ведь может сказать «нет». Лучше избежать отказа.
— Очень смешно, — натянуто улыбнулся Арчи. Том решил сменить тему, пока приятеля окончательно не покинуло чувство юмора. — Дорлинг звонил, кстати, — кивнул он на телефон.
— Какого черта ему понадобилось? — насторожился Арчи. Если Тому была очевидна необходимость забыть старые разногласия ради того, чтобы двигаться вперед, то Арчи был настроен менее миролюбиво. Он не доверял Дорлингу, зная его прагматизм, коварство и неразборчивость в средствах, и полагал, что отношения могут вновь коренным образом измениться в любой момент.
— Он только что получил первичные результаты судебной экспертизы.
— И?..
— И в общем, у них ничего нет. Никаких отпечатков пальцев. Машина, на которой они скрылись, сожжена. Никаких зацепок. — На самом деле Том удивился бы, если бы экспертам удалось что-то найти. Судя по всему, эти ребята ошибок не совершают.
— Есть идеи, кто это был?
Том бросил игральную фишку на стол, наслаждаясь выражением лица Арчи, когда тот подошел поближе, чтобы рассмотреть ее.
— Майло?! — воскликнул тот. — Быть не может. Его же посадили на десять лет минимум!
— По словам Дорлинга, он вышел шесть месяцев назад. На месте преступления нашли такую же. — Том кивнул на фишку. — Эту он дал мне после работы в Макао, которую мы делали вместе… когда еще общались.
— Значит, нам нужно просто подождать. Он, как обычно, потребует выкуп.
— Я думаю, Майло научился кое-чему новому. В этот раз он оставил мне послание.
— Какого рода?
— Черный кот. Мертвый. Распятый гвоздями на стене. Фишка была у него во рту. — Том потряс головой, пытаясь прогнать из памяти неприятные воспоминания, но безрезультатно. Стоило ему закрыть глаза, он снова и снова видел эту картину, словно бы отпечатавшуюся на внутренней стороне век.
Арчи медленно присел с другой стороны игрального стола, взял в руки фишку, изучал ее в течение нескольких секунд, а потом поднял глаза на Тома.
— И ты полагаешь, что это было сделано для тебя, да?
— Думаю, это было сделано для Феликса. — Том поразился прозвучавшей в собственном голосе неприязни. Его кличка теперь вызывала только раздражение, напоминая о прошлой жизни и о прошлом себе — обо всем, что он пытался забыть. А Майло, напротив, пытался напомнить.
— Слишком грубо, ты не находишь? Даже для него.
— Он актер. Ему нравится шокировать людей.
— Как думаешь, чего он хочет?
— Дать знать, что вернулся? — с раздражением принялся перечислять Том. — Показать мне, что не потерял хватку? Продемонстрировать, что все еще самый лучший? Выбирай, что больше нравится.
— Ты не думаешь, что это угроза?
— Нет, — с уверенностью покачал головой Том. — У нас с ним своего рода соглашение. Больше похожее на обязательство. У Майло есть свой кодекс чести, со времен службы в легионе. Он обязан мне жизнью, потому что я спас его однажды. Пока он не отдаст мне этот долг, он меня не тронет.
— Но теперь-то вы по разные стороны баррикад, — напомнил Арчи. — Какие бы ни были обязательства раньше, сейчас они не имеют значения.
— Ты хочешь сказать, мы по разные стороны баррикад, — поправил его Том.
Арчи пробормотал что-то нечленораздельное и принялся шарить по карманам в поисках сигарет.
— Тебе обязательно курить? — обронил Том, когда Арчи затянулся.
— Все утро мечтал о сигарете. — Арчи с удовольствием выпустил дым изо рта.
— А что тебе мешало?
— Я был в «Эпсли-Хаус», помнишь?
— Ах да.
— Видел бы ты местную пташку. — Арчи закатил глаза. — Кровь с молоком.
— Значит, ты доволен поездкой? — рассмеялся Том.
— Был доволен, пока она не дала мне это, — вздохнул Арчи, передав напарнику снимок, сделанный с камер наблюдения. — Теперь не очень…
Несколько секунд Том разглядывал фотографию, пытаясь узнать изображенного на ней человека, наконец поднял на Арчи изумленный и недоверчивый взгляд.
— Это Рафаэль?
— Мне тоже так показалось. Это единственный снимок, который им удалось сделать, от остальных камер он ушел.
— Не может быть, — недоверчиво покачал головой Том. — Он дал бы о себе знать, если бы оказался здесь.
— Тебя не было в городе.
— Что ему было нужно?
— Часть обеденного сервиза. Его спугнули до того, как он успел что-либо унести. Роль скупщика краденого ему удается лучше роли вора.
— Обеденный сервиз? — Том нахмурился. — Египетский?
— Ты про него знаешь?
— Существует два таких комплекта. Второй я видел однажды в Кускове, под Москвой.
— Может, в следующий раз он попытает счастья там, — усмехнулся Арчи. — Это дело он с треском провалил.
Том молча рассматривал нечеткий зернистый снимок, судорожно прокручивая в мозгу все возможные причины, которые могли заставить Рафаэля взяться за такую работу. Ни одна из них не казалась убедительной. Так же как и эта фотография. Если парень сумел избежать остальных камер, зачем было засвечиваться на этой, даже если его невозможно опознать? Он наверняка знал об этой камере, точно так же как и обо всех других.
Если только показаться не было его целью. Если он не хотел быть замеченным. Вопрос в том — кем?
