Они испробовали все, чтобы немного приободрить Рани. На некоторое время это помогло. Но потом ее настроение снова упало. Эран подумала, что, может быть, музыка как-то умиротворит ее, и Бен сел к роялю и заиграл небольшой фрагмент из Штрауса.
Рани вдруг разрыдалась.
— О Бен, перестань, ты ее только расстраиваешь. — Эран повернулась к Рани, утешая, дотронулась до ее руки. — Это из-за того, что ты уезжаешь из дома? Это тебя беспокоит — то, что ты оставляешь семью и друзей?
Девушка кивнула, ее макияж расплылся по всему лицу. Она, казалось, не могла говорить от слез.
— Но это же всего на два года. Мы тебе будем писать, ты скоро освоишься. Ты только подумай о жарком солнце, о новых впечатлениях, новых людях, которых ты встретишь, — утешала ее Эран.
Рани закрыла лицо руками, уткнулась в стол и зарыдала в голос.
— Вот именно! — пролепетала она.
Они смотрели на нее, ничего не понимая. Рани уткнулась Бену в грудь, вцепившись в него, как ребенок, она с надеждой смотрела на большого старшего брата, который может все исправить, всегда может помочь. Но когда Рани собралась с силами и заговорила, в ее голосе оставалось какое-то сомнение.
— Я уже встретила нового человека… в Лондоне, здесь.
У Эран просто рот открылся от удивления. Она имеет в виду мужчину? Рани Хейли рыдала из-за мужчины?!
— В этом все и дело? Рани, не глупи! Ты сама миллион раз мне говорила, что они не стоят и слезинки! Успокойся, выпей чаю. Ты современная женщина, феминистка, ты понимаешь, что твоя работа важнее всего, — сказала Эран.
— Нет, не сейчас. То есть да, но он… он тоже важен. Я люблю его! — Рани путалась в словах.
Бен рассмеялся:
— Моя сестренка-мужененавистница влюбилась? Ну и кто же твой герой?
Эран нахмурилась:
— Прекрати, Бен, оставь ее в покое. Она просто переутомилась, потому что Индия все-таки далеко, с этим связано столько впечатлений. Но тебе там понравится, когда ты там окажешься, Рани. Ведь ты даже говоришь на хинди?
— Да, но я не хочу уезжать! Нет, я хочу, я поеду, но я не хочу без него. — Рани опять заплакала.
— Без кого? Кто же он? — спросила Эран.
Рани всхлипнула, вид у нее был очень эмоциональный и возбужденный.
— Тьерри. Тьерри Марран.
Эран была потрясена. Бен выглядел так, словно готов был взорваться.
— Бывший жених Эран? Кермит? Лягушонок?!
— Д-да, мы познакомились на дне рождения Эран, но я ничего не хотела рассказывать, я боялась, что Эран… о Эран, я ужасно себя чувствую, я так запуталась! — Рани умолкла.
Минуту Эран и Бен сидели в молчании, переваривая услышанное. Потом Эран несколько нервно рассмеялась:
— Рани, я тебе не верю: когда я последний раз видела Тьерри, его жизнь была разбита, и, когда я последний раз разговаривала с тобой, ты была завзятой феминисткой!
Рани слегка приободрилась:
— Я и сейчас феминистка. Я по-прежнему верю в значение карьеры, равных прав, и возможностей, и гражданских прав, и…
— В волнистых попугайчиков, — расхохоталась Эран.
— Ну, хорошо, я признаю: я хочу выйти за него замуж! Но я не могу, я уезжаю в Ин… Индию. — И Рани снова разрыдалась, а Бен откровенно закатывался от смеха.
— Да забирай ты его с собой. Забирай его к чертовой матери отсюда, из моей жизни! Или я проклят кем-то — видеть его на каждом углу до конца своих дней? Не слишком ли круто для вашего возлюбленного умирающего лебедя, чью жизнь, я, как предполагалось, безжалостно разрушил? Не прошло и девяти месяцев, как он соблазнил мою сестру! — вопил Бен.
— Он меня не соблазнял, я — я его просто пожалела, он был такой растерянный на вечеринке. Я подошла к нему, мы разговорились, и что же мне теперь делать? — всхлипывала Рани.
— А он чего хочет-то? — хихикнул Бен.
— Ну, он говорит, что он не может сейчас ехать в Индию, ведь всего год прошел, как он нашел здесь работу, он же приехал сюда из-за Эран, только начал осваиваться, он не может сейчас срываться. Я думаю, он подозревает, что я могу поступить, как Эран. Но я так не поступлю. Он такой чудесный, он так обо мне заботится… — Рани смутилась.
— Заботится о тебе? С каких это пор тебе понадобилось, чтобы о тебе заботились? — «подколол» ее Бен.
— Ну, я не знаю, может, мне и не надо этого, а может, всем надо, но я нужна ему, и он нужен мне. И в Индии я нужна, эти бедные дети… — Рани совсем сбилась.
Бен пытался сдержать смех, а Эран продолжала пребывать в недоумении, ее охватило даже некое раздражение, обида. Конечно, трудно было ожидать, что бедный Тьерри покинет Англию, после того как он уже покинул Францию. Но «бедный Тьерри» не так уж и долго убивался по ней, как она опасалась!
— Рани, он менеджер в супермаркете. Он вообще будет ни к чему, он будет только отвлекать тебя — учти! Это первые два года твоей карьеры! Они очень важны! — сказала Эран.
Еще один беспомощный всхлип:
— Легко тебе говорить, ты его не любила так, как я!
Эран взглянула на Бена.
— Это Тьерри так сказал? — нахмурилась она.
