— Нет, этого недостаточно, — с улыбкой возразила Дарла и погладила дочь по щеке. — Прошло уже очень много времени с тех пор, как я своими руками делала что-нибудь для моей девочки. Поэтому я намерена связать тебе подарок, глядя на который ты будешь вспоминать меня всю жизнь.
— У меня есть ты, мама.
— Это не навсегда, родная моя. Время безжалостно. — Дарла отняла руку. — Так что я хотела бы начать как можно скорее. Ты сможешь завтра после обеда отвезти меня в город? Мне нужно кое-что купить. Но к Абелю мы не поедем. Я уверена, у него нет ничего такого, что я могла бы позволить себе приобрести. — Ее гладкий лоб прорезали морщины, когда она увидела, что Мэри нахмурилась. — В чем дело? Тебе это неудобно?
— Нет, конечно же нет. — Мэри с трудом выдавила улыбку. Она уже пообещала утро Сасси, так что если она к тому же повезет мать в город после обеда, то потеряет целый день. А как раз завтра она должна была присутствовать при чистке дренажных канав. Но ее людям придется начинать без нее. Гораздо важнее, что мать выберется наконец из дома. — Нам будет хорошо вдвоем. Мы проведем замечательный день вместе. А когда вернемся, согреемся чашкой горячего шоколада, как бывало раньше, когда мы возвращались после похода по магазинам.
— Вот и славно, — сказала Дарла и резко сложила газету.
Мэри решила, что этим она дает понять дочери, что воспоминания о давно минувших днях не доставляют ей удовольствия и она предпочла бы оставить их в прошлом. С этого дня они станут разговаривать только о будущем, пообещала себе девушка.
Позже, войдя в кухню, Мэри принялась расспрашивать Сасси о том, как вела себя мать во время прогулки.
— Она заходила в розовый сад?
— Угу, — ответила Сасси.
— Как по-твоему, она помнит, как была там последний раз?
— Угу. Только не говорите мне, что она не помнит, как бесчинствовала там с кочергой в руках. Тоби уверяет, что она постояла несколько минут возле кустов, после чего пошла дальше, не сказав ни слова. Говорю вам, она что-то задумала.
— Ради всего святого, Сасси, — резко оборвала экономку Мэри. — Что, по-твоему, она должна была сказать? Что ей очень жаль и она просит прощения? Имей хоть капельку сострадания и вспомни, через что ей пришлось пройти.
—Я попробую. Ради вас, мисс Мэри, — отозвалась Сасси.
На следующий день, в назначенный час, Дарла была полностью готова к появлению в городе. Мир моды ушел далеко вперед, и ее огромная шляпа и широкая юбка с турнюром устарели. Мэри стало невыносимо стыдно и горько, когда она глядела на мать, спускающуюся по ступенькам и с королевским величием натягивающую длинные перчатки, не сознавая, сколь жалко она выглядит.
Когда они выехали на Мэйн-стрит, Дарла воскликнула:
— Святой Боже! Ты только взгляни, сколько здесь экипажей без лошадей! Они буквально заполонили площадь Правосудия.
— Скоро и у нас будет автомобиль, мама.
— Мне бы этого очень не хотелось, крошка Мэри.
Все покупки Дарла сделала в «Вудворте». К облегчению Мэри, магазин был почти пуст, и мать безраздельно завладела вниманием продавщицы. Они вместе стали отбирать мотки пряжи нежно-кремового цвета, так что вскоре весь прилавок был завален ими. Стараясь не выпускать мать из виду, Мэри, тем не менее, стояла достаточно далеко, чтобы разобрать хоть слово из их приглушенной беседы. В какой-то момент Дарла даже прикрикнула на нее:
— Нет, Мэри, отвернись, пожалуйста. Я решительно не хочу, чтобы ты видела мою следующую покупку.
Мэри повиновалась, после чего Дарла и продавщица вновь заговорили оживленным шепотом. До девушки донесся шелест разворачиваемой ткани, за которым последовал шорох бумаги - покупку заворачивали.
— Вот и все, — удовлетворенно заявила мать. — Теперь можешь повернуться.
Дарла раскраснелась, и на ее губах играла довольная улыбка, когда они тряслись в повозке, направляясь на Хьюстон-авеню. Видя, что мать буквально светится от восторга, Мэри спросила:
— Ты счастлива, мама?
Обратив на нее сияющий взгляд, Дарла ответила:
—Я давно не была так счастлива, моя девочка.
Мэри щелкнула вожжами над спиной Шони. Пожалуй, она напишет Майлзу и расскажет ему о воскрешении матери - о том, что Дарла Толивер наконец-то вернулась из мира мертвых.
В конце первой недели января Мэри приобрела «Находку». Мрачный Эммит Уэйт открыл свою контору в субботу после обеда, чтобы совершить сделку, и к пяти часам пополудни договор был подписан. Обычно Эммит доставал бутылку виски, которую держал специально для подобных случаев, чтобы отпраздновать немаловажное событие, но сегодня его «Дикая индейка»[12] осталась в столе.
