Знак розы полностью

— Только не это. — Перси шагнул к ней, и опасный огонек, вспыхнувший в его глазах, предупредил Мэри, что ей лучше остаться на месте и не пытаться убежать от него. — Тебе не кажется, что ты обязана хотя бы выслушать меня?

Ага, вот в чем дело. Что-нибудь такое, что повиснет над ней дамокловым мечом до конца жизни. Но Перси прав. Она действительно в долгу перед ним. И так будет всегда.

— Если только ты будешь говорить потише, — произнесла Мэри сквозь зубы. — Я не хочу, чтобы наш разговор обсуждали по всей округе.

— Тогда скажи Хоуги, что у тебя появились срочные дела в городе, а сама садись в машину. Нас с тобой ждет обед.

Мэри уставилась на Перси, словно он внезапно сошел с ума,

— Ни за что! Мне еще надо осмотреть два участка, а потом мы с Хоуги должны кое-что обсудить.

Перси подошел к ней еще ближе.

— Или ты идешь со мной, или я сейчас возьму тебя на руки и отнесу в машину. Не боишься, что это станут обсуждать по всей округе?

Мэри знала, что он не шутит. Блеск в его глазах подсказал ей, что у нее осталась всего пара секунд на раздумья.

— Ну, хорошо!— сердито бросила она и, развернувшись на каблуках, быстрым шагом направилась к коттеджу.

Стоя на крыльце, Хоуги с любопытством смотрел на нее. Она догадалась, что он услышал достаточно, чтобы понять - между ней и всемогущим Перси Уориком что-то есть.

—Хоуги, я возвращаюсь в город вместе с мистером Уориком, — произнесла Мэри небрежным тоном. — А вы осмотрите участки, где мы еще не были, а потом можете поужинать.

Хоуги прищурился, глядя на нее.

— Должно быть, это что-то важное, раз вы уезжаете среди дня.

— Все может быть, — сердито бросила Мэри, — но я вернусь после обеда.

Хоуги помрачнел, и Мэри поняла, что, если бы она не заикнулась о возвращении, он бы отдыхал до вечера. «Уволю этого лодыря при первой же возможности», — решила она, шагая обратно к «пирс-эрроу» и Перси.

— К ужину твой приезд будут обсуждать во всех хижинах, — бросила она, с размаху опускаясь на сиденье и с грохотом захлопывая дверцу.

Перси ухмыльнулся.

— Черт возьми, Мэри, тебе не кажется, что сплетничать о нас намного интереснее, чем говорить о хлопковом долгоносике?

Когда у них за спиной столбом завихрилась пыль, Мэри повернулась к Перси.

— И куда же мы едем?

— В хижину. Мы устроим пикник, выпьем чего-нибудь холодненького и поговорим.

— В хижину...

У нее засосало под ложечкой.

—Я по-прежнему пользуюсь ею, когда охочусь или рыбачу.

— И еще ты наверняка возишь туда любовниц.

Он искоса взглянул на нее.

— Если угодно.

— Нет, Перси Уорик, мне не угодно. Я не намерена превращаться в одну из твоих любовниц.

— А я и не хочу, чтобы ты была одной из моих любовниц. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Мэри затрепетала.

— Это невозможно.

— Раньше я тоже так думал, но теперь готов пойти на компромисс.

Она не сумела сдержать удивленный возглас.

— Компромисс?

— Угу. Я расскажу больше после того, как накормлю тебя.

Мэри никогда не бывала в хижине, которую Майлз, Олли и Перси начали строить на берегу Каддо-лейк, когда им было по десять лет. Мэри до сих пор помнила разговоры за столом, касающиеся сооружения и меблировки хижины, и предостережение матери: «Майлз, помни, это должно быть такое место, в котором ты вел бы себя в точности так, как и в своей комнате дома ».

Хотя ей самой в то время исполнилось всего пять с половиной лет, Мэри прекрасно понимала бессмысленность такого предостережения: мальчишки строили хижину именно для того, чтобы вести себя там совсем не так, как дома.

— Значит, это и есть ваша хижина, — сказала Мэри, когда Перси остановился перед грубой сосновой дверью. — Я никогда здесь не была. Ни разу за все эти годы.

— А хотела?

— Нет.

— Ну и правильно.

Они вошли в помещение размерами двадцать на сорок футов, разделенное перегородками на кухню, гостиную и спальню с занавешенным входом. Перси оставил Мэри осматривать обстановку, а сам отправился за «чем-нибудь холодненьким». Девушка узнала старую кушетку из кабинета отца, пару стульев, некогда украшавших гостиную Уориков, и умывальник и зеркало во французском стиле - несомненный вклад ДюМонтов. В хижине было на удивление чисто и прохладно. Мэри ожидала увидеть душную темную нору с множеством мух, комаров и еще Бог знает какой живности, водившейся на берегах озера. Вместо этого, несмотря на тень от деревьев, в комнату лился свет сквозь жалюзи на окнах, а вентиляторы под потолком перемешивали потоки воздуха, долетавшие с озера.

Маленький столик на кухне был накрыт на двоих. Приборы, аккуратно разложенные мускулистыми руками Перси, которыми он привык держать топор дровосека, помимо воли тронули ее, породив теплую волну нежности.

— Зачем ты привез меня сюда, Перси? — спросила Мэри, когда он вернулся с бутылкой вина, которую охладил, опустив в ведре в колодезную воду. — Алкоголь тебе не поможет, что бы ты ни задумал. Кроме того, ты не боишься, что сюда заглянет шериф Питт и обнаружит в твоем колодце вот эту бутылку?

Перси невозмутимо выковыривал пробку.