Знак Шести полностью

Странная компания

Ну и приложили же меня. Точно вырубился, причем, видимо, надолго. И где это мы сейчас? С трудом открываю глаза. Закрытое небольшое пространство без окон? Волна страха. Я в плену у грибников? Это, если что, конец. Как пить дать на опыты отправят, от них никто не возвращался. Хотя стоп. Стены из вполне привычного композита. Спектр света тоже привычный. Больше всего это похоже на… Камеру. Камеру в тюрьме или, скажем, на гауптвахте.

Как же башка раскалывается…

Так. Собираем себя в кучку. Я, по крайней мере, у своих. Но тогда получается, что меня… Посадили? Точно, посадили. Но за что? Не был, не замечен, не привлекался. Стоп. Поправка. Сейчас уже, видимо, “привлекся”. Остается понять причину. Особисты? Да быть не может. Во-первых, я все-таки не шпион, это я точно знаю. И даже не их собственный агент. Меня подставить-то сложно: я только что “ссыпался” со своего борта в отпуск, а до того почти год был на глазах у целого экипажа. Уголовка? Так же маловероятно, и по той же причине. Вчерашнее мордобитие в баре на тюрьму не тянет, там толком и не пострадал никто, кроме того неудачника со сломанной челюстью, ну так он и был зачинщиком, тому есть куча свидетелей, а заодно и сканеры все срисовали. А что, если… Хорошо, как там все было?

Я вошел, сел к стойке, заказал двойной и закурил. К залу я сидел, соответственно, спиной. Выпивка оказалась отличной, я попросил повторить и добавить кружку портера. Да, и пиво они там тоже наливать умеют, старый-добрый Арья Стаут имел особенно божественный вкус. Или, может быть, мне так показалось из-за первого дня отпуска? Опять же повторил и закурил еще по единой. Да. А сколько раз я еще повторял? Как-то и не помню. Ну да ладно. Что было потом. Услышал за спиной какие-то разговоры на повышенных тонах. Обернулся и увидел… А что я увидел? Какой-то мажор пристает к девушке. По-грязному так. Ей это явно не нравится. Поодаль стоит “группа поддержки” мажора. Лица слабо различимы, но в логах должны “проявиться”, да и количество на тот момент выпитого уточнить не мешало бы. Смотрим логи. Что? Нет доступа. Как это? А самодиагностика? Нет доступа? А вообще-то какой-то доступ есть? А примитивное графическое меню? А…

Хорошо, что моя обычная реакция на сильный шок – это не обморок, не ступор и не полноценная истерика, а просто неостановимый нервный смех. Ну люблю я хихикать по жизни. Правда в этот раз, похоже, дохихикался. И не слабо так. Теперь, конечно, понятно, где я: это нелегальная частная тюрьма. У всех богатеев (ну, которые настоящие богатеи) такие есть, хоть по закону как бы и нельзя. Но ведь известно, что не бывает честных политиков, бывает мало денег. А если денег много… Как-то так, в общем. И даже за что мне столь изощренно мстят – догадаться нетрудно. Почему? А потому что моя жизнь только один раз пересекалась с людьми, способными на подобную месть. Три года назад. И тоже в баре. Только тогда я просто сидел с камрадами за столиком в углу и вообще никого не трогал. А вот тот юнец… Видимо, богатый папаша снабдил его всем, что доступно “по гражданке”, а так же и чем-нибудь запрещенным или контрабандным. Вот мальчик и разошелся. Принял на грудь и стал громко утверждать, что набьет морду вообще любому, даже флотскому офицеру. Мы-то только усмехнулись. А он к нам пристал, мы в форме были. Давайте, говорит, спарринг устроим. Кто-то из наших его даже отговаривал – мол, не на арене мы, сидим, пиво пьем, все хорошо. Но тот не унимался и выбрал меня. Понятное дело, из всей нашей компании я ниже всех ростом. Я ему тогда сам сказал – мол, а если что случится, кто отвечать будет? Дядя с баржи? А он в ответ – все вокруг свидетели, честный спарринг без оружия и смертоубийства, даю слово такого-то из таких-то, что не буду иметь претензий при любом исходе. Вот жаль, не запомнил я какого такого-то и из каких таких-то. Надо было имя-то запомнить. Хотя… Я же на логи надеялся – типа подниму, если что. А теперь уже не подниму, да. Правы были наши предки, которые карандашиком в тетрадочку записывали, а тетрадочку ту в банковский сейф сдавали, а ключ от него посылали самим себе по почте с пометкой “вручить через Х лет”. Потому что нефиг. Ну да задним умом все крепки. Дальше же все было просто и понятно: и сила у парня была, и скорость, и явно полученное через гипнокурс (вот точно нелегальщина!) знание правильных движений и понимание, что можно ожидать от флотского. Не было у него одного: опыта. Поэтому он мне ссадил кожу на скуле, а я ему сломал три ребра. После чего юноша сбледнул с лица, прекратил бой и – надо отдать ему должное – объявил вовсеуслышание: “Все честно, я проиграл, претензий к офицеру не имею!” И даже еще раз повторил, явно под запись: “Нет претензий!”