Бородачи непонимающе смотрели на румяных и сытых ангарцев, с подозрением косились на азиатов - тунгусов и бурят. Среди стрельцов был сотник, Иван Кобылин, он-то и поведал о том, что по государеву указу к Орешку пришёл отряд тихвинского воеводы Афанасия Ефремова.
- Для помочи во взятии Орешка, - сипло пояснил стрелец.
- Сколько вас числом? - подошёл Евгений Лопахин, заместитель полковника Смирнова в этом походе.
- Восемь сотен будет, - отвечал Иван. - Да мужички работные.
- Негусто, - усмехнувшись, оценил царскую милость Лопахин. - И где же ваше войско?
- В деревеньках, что в верстах двух и далее отсель будет. Нас Афанасий Михайлович и послал для догляду. Малец из крайней деревеньки говорил, свеи тут лес валят, а это... не они, - неуверенно закончил Кобылин.
- Ладно, Иван, - Евгений критически осмотрел осунувшиеся лица стрельцов. - Вам надо отдохнуть малость. Потом будем разговаривать.
Лопахин приказал отвести гостей в одну из тёплых изб, дабы те отогрелись и поели горячей каши, после чего направился к полковнику, рассказать о вспомогательном отряде стрельцов, посланных Михаилом Фёдоровичем ангарцам.
***
- Почему у тебя и твоих воинов столь непотребный вид, сотник? - неожиданно строго спросил полковник у Кобылина, сразу же после того, как ответил на приветствие стрельца, вошедшего в его избу.
- Так кафтанишки-то худые! А морозец в них так и пробирает до костей, - попытался оправдаться Иван.
- Отчего же не озаботились зимней одеждой?
- Воеводе нашему, Афанасию Михайловичу Ефремову, в государевой грамоте писано было, что-де войско его при онгарцах будет...
- Погоди, не понял! - оборвал его Смирнов и Кобылин тут же замялся, увидев несказанно удивлённое выражение лица полковника. - Это на нашем довольствии что ли? Мы же договаривались только насчёт вольнонаё... мужичков - они и будут на нашем кормлении.
Настала очередь удивляться Ивану. У сотника даже красные пятна на лице появились от сих вестей. Андрей Валентинович сразу же понял, о чём закручинился стрелец - в девяностых самого Смирнова постоянно обуревали думы тяжкие о своевременной выплате скромного жалования.
- Иван, мне воевода твой надобен - для разговора, - отвлёк от скорбных мыслей Кобылина полковник. - А о жаловании не беспокойся - всё будет.
- Воевода наш говорил об вас, онгарцах, и не раз. А слыхал он се... - тут сотник понизил голос, - от Никиты Самойловича Бельского.
- Вот как! - приподнял одну бровь Смирнов.
- Под Наровой он сейчас, - проговорил Иван. - Как Афанасий Михайлович прознал о службе своей скорой у Орешка, так он Никите Самойловичу отписал об сём. А тот весточку вам шлёт, но токмо письмецо евойное у воеводы Афанасия Михайловича при себе. Они с Никитой Самойловичем одно время в Себеже служили воеводами, а Ефремова-то в позапрошлом годе в Тихвин услали.
- Ну что же, Иван, завтра с утра за воеводой отправишься, - сказал Смирнов. - А пока ты мне про Орешек расскажешь, да что делали тут, поведаешь.
