«Из Москвы я поехал в Калугу, Белев и Орел и делал таким образом верст двести лишних, за что увидел Ермолова. Он живет в Орле, близь коего находится его деревня. Я пришел к нему в 8 часов утра и не застал его дома. Извощик мой сказал мне, что Ермолов ни у кого не бывает, кроме как у отца своего — простого набожного старика, что он не принимает одних только городских чиновников, а что всякому другому доступ свободен. Через час я снова к нему пришел. Ермолов принял меня с обыкновенною своею любезностью. С первого взгляда я не нашел в нем ни малейшего сходства с его портретами, писанными обыкновенно профилем. Лицо круглое, огненные, серые глаза, седыя волосы дыбом, голова тигра на геркулесовом торсе. Улыбка неприятная, потому что неестественная. Когда он задумывается и хмурится, то он становится прекрасен и напоминает поэтический портрет, писанный Довом».
Эти полярные персоны оставались верны своим народам буквально до последнего вздоха. Однако судьба нашла путь и изыскала время для их встречи.
Им не довелось встретиться на поле боя — к моменту, когда Шамиль стал третьим имамом Дагестана и Чечни (1834) генерал Ермолов уже был отрешен от всех должностей и отправлен «на покой в свое имение»! Однако они встретились. Мало того, встреча этих несомненно патриотичных, одаренных и преданных каждый своей родине людей, несмотря на исходное политическое противостояние, была радостной, теплой и дружественной — они устремились друг к другу с распростертыми объятиями! Вот уж, поистине: «Человек предполагает, а Господь располагает!»
Коротко напомню биографию Шамиля.
Шамиль родился в ауле Гимри (Дагестан) в 1797 году, а скончался в Медине (ныне — Саудовская Аравия) в 1871 году.
В 1801 году Грузия, стремясь защититься от внешних врагов, присоединилась к России. За ней, в той же надежде на защиту, в 1810 году последовало добровольное присоединение к России и Абхазии.
Однако отсутствие общих между названными государствами и Россией границ побудило русское правительство ко введению на территории Дагестана и Чечни русских войск, что вызвало недовольство и сопротивление вольнолюбивых племен Кавказа.
В этих условиях в Дагестане и Чечне возникло военно-теократическое мусульманское государство — имамат, первым правителем которого — имамом — стал Гази-Магомед (1795–1832), павший в бою. Его преемником стал имам Гамзат-бек. После его смерти в 1834 году третьим имамом Дагестана стал легендарный Шамиль. Ему благодаря выдающимся организаторским способностям, красноречию и воле удалось объединить разрозненные племена горцев и подчинить себе дагестанских феодалов.
Личная храбрость Шамиля и его организаторский талант создали ему большую популярность среди народов Кавказа. Шамиль вел успешную борьбу с царскими войсками и одержал над ними в 40-х годах ряд побед. Но уже в 50-х годах, вследствие численного превосходства русских войск, роста в Дагестане внутренних социальных противоречий и усталости населения, освободительное движение Шамиля пошло на спад.
В результате в августе 1859 года Шамиль с 400 мюридами
Дальнейшая его судьба и пребывание в роли почетного пленника в России весьма интересны и многозначительны. Именно в это время имела место встреча моего героя — бывшего наместника Кавказа генерала Ермолова и бывшего имама Дагестана и Чечни — Шамиля. И что самое удивительное, встреча этих двух идеологических противников, некогда стоящих по разные стороны баррикады, была чрезвычайно дружеской.
Александр Ермолов так описывает эту встречу: «В 1860 году, когда привезли в
Москву Шамиля, он, ране чем был у генерал-губернатора, отправился к Алексею Петровичу, к которому и потом относился с большим уважением. Григорий Петрович Ермолов (племянник А.П.) хорошо помнит встречу А. П. с Шамилем на балу у генерал-губернатора Тучкова; на этом балу был также князь Барятинский. В начале бала Алексею Петровичу из уважения к его престарелому возрасту (более восьмидесяти трех лет! —
Последние сообщения исключительны, поскольку мусульманам запрещено исполнять скульптурные или графические изображения человека!
