– И я про сие подумал. Некто под именем холопа прибывшего из имения проникает в дома князя Антиоха. Сейчас я не ставлю вопроса, кто это был. Я хочу спросить, зачем кому-то становиться слугой в доме князя Кантемира?
Карпов ответил:
– Он что-то искал.
– И я так подумал. Но что есть такого в доме князя Антиоха, чтобы идти на такие жертвы, Перт Антипович?
– В связи со всем сказанным, я еще одно подозрение имею, Степан Андреевич. Могу высказать?
– Говори, господин Карпов.
– Некоторые записи в книге в имении Архангельское от 1702 года были сделаны иной рукой. Я на то внимание обратил и священника спросил, отчего почерк иной. Отец Михаил ответил, что сего не знает. Это задолго до его назначения в приход было.
– Хочешь сказать, господин Карпов, что сии записи подделали?
– Возможно, Степан Андреевич, что старые записи в книге с пергамента соскоблили и затем сделали новые о рождении Тишки, – предположил Карпов.
– Значит, только записи про Тишку заменены?
– В том-то и дело, Степан Андреевич.
– Но зачем сие надобно?
Карпов не ответил. Что он мог знать?
Волков спрятал бумаги и сказал коллежскому секретарю:
– Ты, Петр Антипович, человек умный. Сие сразу видно. В деле нашем не новичок. Не желаешь ли сим делом вместе со мной и господином Тарле заняться?
– Вести следствие совместно с вами?
– Да.
– Разрешит ли статский советник Зотов? Мне было велено только один ваш приказ выполнить, Степан Андреевич.
– Я уговорю Зотова. Мне даны распоряжения от обер-камергера графа Бирена. А сие значит от её величества императрицы. Не откажет Зотов в моей просьбе. Но ты сам как, Петр Антипович? Без твоего согласия не бывать сему, господин коллежский секретарь.
– Я согласен, Степан Андреевич. Сие дело мне весьма интересным кажется.
– А если согласен, надобно тебе снова в Архангельское ехать, господин Карпов.
– Но я только оттуда, Степан Андреевич.
– Ты все верно сделал и все что потребно привез, Петр Антипович. Но надобно все более подробно у крестьян про Тишку сего разузнать и про его отца и дядю. Пусть отец Михаил тебе в том поможет.
– Понял, Степан Андреевич.
– Поедешь?
– Завтра же уеду в Архангельское. Вы только Зотова уговорите меня в ваше подчинение отдать.
– Добро, Петр Антипович. Пока иди и отдыхай.
Коллежский секретарь и надворный советник на том разговор завершили. Волков отправился к статскому советнику Ивану Александровичу за позволением придать его группе еще одно чиновника…
Волков вернулся в княжеский дом.
Там царило уныние, словно стены этой добротной боярской усадьбы впитали в себя бесовские проклятия и предания старины. Сразу исчезли уют и тепло, исторгнутые отсюда «кровавыми призраками». Холопы Кантемиров не хотели в доме находиться, ибо страшно боялись вурдалаков.
– Степан Андреевич! – князь Антиох встретил Волкова у порога. – Степан Андреевич! Давно ждем тебя!
– Был во дворце у графа Бирена! Затем по делам был в канцелярии. Ранее прибыть не мог, князь. Что-то случилось?
– Да.
– И что на сей раз?
– Новая стряпуха Ирина, которая после смерти Дарьи назначена была, видела Дарью нынче ночью.
– Она жива? – спросил Волков.
– Ирина-то? Жива. Но напугана. Боюсь как бы и она ума не лишилась. Холопы бояться и двое сегодня в бега подались, Степан Андреевич.
– Это плохо! Нужно следить за холопами, князь.
– Как уследить? Не приставить же караул к каждому? Они боятся, Степан Андреевич. И они понесут новые слухи по Москве! Мало мне несчастий!
– Что Войку и де Генин?
– Карл Карлович домой отъехал.
– Ему стало легче? – удивился Волков.
– Да. Он пришел в себя.
– А отчего меня не дождался? – спросил Волков.
– Откуда мне знать, Степан Андреевич? Лекарь иноземный не мой слуга. Я его держать не мог. Да и расспросы ему учинять также. Он в себя пришел. Велел подать водки.
– И что?
– Выпил. Сказал, что совершенно ничего не помнит. Словно отшибло все. Затем поехал домой.
– А Войку?
– Только и того что дышит. Но совсем не говорит, Степан Андреевич.
– Вопросов становиться все больше, князь. Сколько ни получаю сообщений, и все новые и новые вопросы. Словно нарочно некто все запутывает! Но мы станем говорить, князь. Мне все знать надобно.
– Да про что говорить, Степан Андреевич?
– Скажи мне, Антиох Дмитриевич, что за книга «История рода Кантакузен»?
– Про сию книгу я слышал. Говорили, что их даже существует несколько. И говорили, что привезла оные моя мать. Но зачем тебе сие, Степан Андреевич?
– А сам ты читал их, Антиох Дмитриевич?
– Нет. Я человек просвещенный и интереса к таким книгам не имел никогда. Да и не скажу тебе, Степан Андреевич, где нынче сыскать книги сии.
– А может быть такая книга в имении Архангельское, князь.
– Возможно, Степан Андреевич.
– А тебя сии книги не интересуют совсем, князь?
– Нет. Я науками интересуюсь, а не сказками да легендами.
– И никогда даже не заглядывал в сии книги?
– Я же сказал, Степан Андреевич. До этого ли мне. Стряпуха новая Ирина помершую Дарью видала! Снова слухи поползут по Москве! И при дворе про сие узнают!
– Ладно, князь. Сейчас стану с той Ириной говорить. Что она там видала.
– Прикажу позвать, Степан Андреевич.
