Сеньор Зорро поклонился, и дон Карлос поспешил из комнаты. Такой поспешностью он совершил грубую ошибку. Было слишком необычно, чтобы девушку оставляли наедине с мужчиной, и в особенности с человеком, которой находится вне закона. Сеньор Зорро сразу догадался, что его удерживают намеренно. Совершенно необычной вещью было и то, что дон Карлос сам шел за едой, когда у него было столько слуг, которых можно было позвать простым хлопком руки. Дон Карлос действительно вышел в другую комнату, чтобы прислушаться, не приближаются ли всадники на лошадях.
— Сеньор, — прошептала Лолита через комнату.
— Что служилось, сеньорита?
— Вы должны немедленно уйти. Я боюсь, что мой отец послал за солдатами.
— И вы настолько любезны, что предупреждаете меня?
— Неужели же я захочу смотреть на то, как вас захватят здесь? Неужели же я захочу видеть сражение и кровопролитие? — спросила она.
— И это единственная причина, сеньорита?
— Вы не хотите уходить, сеньор?
— Я не в силах оторваться от такого очаровательного общества, сеньорита. Разрешите мне прийти снова в следующий час сиесты.
— Клянусь святыми — нет! Это должно кончиться, сеньор Зорро! Идите своим путем и будьте осторожны. Некоторыми из ваших поступков я восхищаюсь — вот почему я и не хочу видеть вас схваченным. Поезжайте на север в Сан-Франциско де Азис и станьте снова честным человеком, сеньор. Это лучший путь.
— Маленькая проповедница! — сказал он.
— Вы уйдете, сеньор?
— Но ваш отец ушел, чтобы принести мне пищу. Разве я могу уйти, не поблагодарив его?
Дон Карлос снова вошел в комнату, сеньор Зорро по выражению его лица угадал, что солдаты уже появились на дороге. Дон Карлос положил пакет на стол.
— Немного съестного, чтобы вы взяли с собой в дорогу, сеньор, — сказал он. — Но нам очень хотелось бы еще послушать ваших воспоминаний, прежде чем вы отправитесь в опасное путешествие.
— Я слишком много уже говорил о себе, сеньор, это совсем не подобает кабальеро. Будет гораздо лучше, если я поблагодарю вас и покину ваш дом.
— По крайней мере, сеньор, выпейте еще кружку вина.
— Боюсь, — сказал сеньор Зорро, — что солдаты слишком близко, дон Карлос.
Лицо дона Карлоса при этом побледнело, так как разбойник вытащил свой пистолет, и дон Карлос опасался, что ему дорого придется заплатить за свое коварство. Но сеньор Зорро не собирался стрелять.
— Я прощаю вам это нарушение гостеприимства, дон Карлос, потому что нахожусь вне закона и за мою голову назначена цена, — сказал он. — И у меня нет к вам злого чувства. Спокойной ночи, сеньорита. Сеньор, прощайте.
Вдруг перепуганный слуга, который ничего не знал о событиях этого вечера, ворвался в комнату.
— Господин! Солдаты здесь, — закричал он. — Они окружили дом.
Почти посредине стола стоял внушительный канделябр, в котором ярко горело около десятка свечей. Сеньор Зорро подскочил к нему и одним взмахом руки сбросил на пол, погасив все свечи и в одно мгновение погрузив комнату в полную тьму. Он избежал быстрого натиска дона Карлоса, прыгая по комнате так легко, что его мягкие сапоги не производили ни малейшего шума и не выдавали места его нахождения. На мгновение Лолита почувствовала на талии руку мужчины, нежно обхватившую ее, почувствовала дыхание на щеке и услышала шепот у своего уха: — До скорого свидания, сеньорита!
Дон Карлос ревел, как бык, указывая путь солдатам; и уже некоторые из них стучали в парадную дверь. Сеньор Зорро бросился в соседнюю комнату, которая оказалась кухней. Слуги-туземцы разбежались перед ним, как будто бы он был привидением. Он же быстро погасил все горевшие там свечи.
Затем он побежал к двери, открывавшейся во двор, и, возвысив голос, издал звук, который был наполовину стоном, особый звук, подобный которому никто в гациенде Пулидо никогда раньше не слыхал. Когда солдаты ворвались в парадную дверь, а дон Карлос требовал щепку, которой снова Можно было бы зажечь свечи, во дворе послышался стук копыт. Солдаты догадались, что это скакала лошадь Зорро.
Звуки копыт замерли в отдалении; но солдаты определили направление, в котором бежала лошадь.
— Неприятель скрылся! — закричал сержант Гонзалес, бывший во главе отряда. — На коней и за ним! Тому, кто захватит его, даю одну треть вознаграждения!
Громадный сержант бросился из дому, люди последовали за ним; они вскочили в седла и яростно помчались в темноте на звук копыт.
— Света! Света! — пронзительно кричал дон Карлос внутри дома.
Вошел слуга со щепкой, и свечи были снова зажжены. Дон Карлос стоял посредине комнаты, потрясая кулаками в бессильном гневе. Сеньорита Лолита притаилась в углу с широко раскрытыми от ужаса глазами. Донья Каталина, вполне оправившись от обморока, пришла из своей комнаты, чтобы узнать о причине смятения.
— Негодяй убежал! — сказал дон Карлос. — Надо надеяться, что солдаты захватят его.
— Во всяком случае он умен и храбр, — заметила сеньорита Лолита.
— Я признаю за ним это, но он разбойник и вор! — заревел дон Карлос. — Зачем понадобилось ему мучить меня этим посещением!