- Сеньорита Лолита Пулидо не вернется в грязную тюрьму ни теперь, ни после, сеньоры! Скорее она вонзит себе этот нож в сердце и умрет, как должна умереть женщина благородной крови. Если его превосходительство желает мертвого пленника, то он может получить одного из них.
Сержант Гонзалес крикнул с досады. Он не сомневался, что сеньорита Лолита сделает так, как говорит, при первой же попытке солдат схватить ее. Если бы он имел дело с обыкновенным арестованным, он мог бы приказать все-таки сделать эту попытку, но сейчас он не чувствовал уверенности, что губернатор найдет его поступок правильным. Все-таки сеньорита Лолита была дочерью кабальеро, самоубийство могло причинить неприятности его превосходительству. Оно могло стать искрой в пороховом складе.
- Сеньорита, тот, кто покушается на свою жизнь, подвергается вечному проклятию, - сказал сержант. - Спросите брата, не так ли. Вы только под арестом, но еще не приговорены. Если вы невиновны, то нет сомнения, что вы будете скоро выпущены на свободу.
- Теперь не время для лживых речей, сеньор, - возразила девушка. - Я прекрасно понимаю обстоятельства, и сказала, что не вернусь в тюрьму. Еще один шаг, и я убью себя.
- Сеньорита... - начал брат Филипп.
- Будет бесполезно пытаться остановить меня, добрый брат, прервала она. - У меня осталась гордость. Его превосходительство получит только мое мертвое тело.
- Вот так миленькая переделка! - воскликнул сержант Гонзалес. - Я считаю, что нам не осталось ничего иного, как удалиться и предоставить сеньорите свободу.
- Нет, сеньор! - крикнула она поспешно. - Вы умны, но все же недостаточно умны. Вы удалитесь, а своих людей заставите стеречь дом. Вы будете только ожидать нового случая, чтобы захватить меня.
Гонзалес тихо зарычал, действительно таково было его намерение, и девушка разгадала его.
- Я удалюсь одна, - сказала она. - Отойдите назад и встаньте к стене, сеньоры! Сделайте это немедленно, или я ударю ножом в грудь.
Им оставалось только повиноваться. Солдаты посмотрели на сержанта, ожидая распоряжений, а сержант боялся рисковать жизнью сеньориты, зная, что это вызовет на его голову гнев губернатора, который скажет, что он сплоховал.
Может быть, в конце концов будет лучше позволить девушке покинуть дом. Ее можно захватить потом. Без сомнения, девушке не удастся скрыться от кавалеристов.
Она не спускала с них глаз, когда бросилась через комнату к дверям. Нож все еще был у ее груди.
- Брат Филипп, не пойдете ли вы со мной? - спросила она. - Они могут отомстить вам, если вы останетесь.
- Все-таки я должен остаться, сеньорита. Я не могу бежать. Да охранят вас святые!
Она еще раз посмотрела на Гонзалеса и на солдат.
- Я пройду через эту дверь, - сказала она. - Вы останетесь в этой комнате. Наверно снаружи тоже находятся кавалеристы, и они попытаются остановить меня. Я скажу им, что у меня имеется ваше разрешение уйти. Если они спросят вас, вы должны подтвердить это.
- А если я этого не сделаю?
- Тогда я использую нож, сеньор.
Она открыла дверь и выглянула наружу.
- Надеюсь, что у вас превосходная лошадь, сеньор, так как я намерена воспользоваться ею, - сказала она сержанту.
Она ринулась внезапно в дверь и захлопнула ее за собой.
- За нею! - крикнул Гонзалес. - Я заглянул в ее глаза, она не прибегнет к ножу - она боится.
Он бросился к дверям, а за ним кинулись оба солдата. Но брат Филипп оставался слишком долго пассивным. Теперь он начал действовать. Он не счел нужным подумать о последствиях. Он подставил ногу и повалил сержанта Гонзалеса. Два кавалериста налетели на него, и все повалились кучей на пол.
Таким образом брат Филипп выиграл для сеньориты некоторое время, и этого было достаточно, так как она бросилась к лошади и прыгнула в седло. Она умела скакать не хуже туземцев. Ее маленькие ножки не достигали половины стремян сержанта, но она не задумывалась над этим. Она развернула коня, ударила его в бока, как вдруг один из кавалеристов бросился на нее из-за угла дома. Пуля из пистолета пролетела мимо головы. Она низко склонилась к шее лошади и поскакала.
Сержант Гонзалес с проклятиями выскочил на веранду, приказывая своим людям вскочить на коней и следовать за ней. Плутовская луна снова зашла за облака. Они могли узнать, в каком направлении ускакала сеньорита, только прислушиваясь к стуку копыт. Для этого им пришлось остановиться, и они потеряли время.
Глава XXXV
СНОВА СКРЕЩЕНИЕ ШПАГ
Сеньор Зорро стоял подобно статуе в хижине туземца, обняв одной рукой морду своей лошади. Туземец присел около него. С большой дороги донесся стук лошадиных копыт. Мимо пронеслась погоня, люди кричали друг другу, проклиная тьму, и кинулись в долину.
Сеньор Зорро открыл дверь и выглянул, прислушался одно мгновение и вывел лошадь. Он протянул монету туземцу.
- Только не от вас, сеньор, - сказал туземец.
- Возьми. Ты нуждаешься, а я нет, - ответил разбойник.
