До последнего дня Вика из дома никуда не выходила одна. Боялась до чёртиков вновь оказаться в ненавистных стенах родительского дома или где похуже. У отца имелась возможность законопатить непокорную дочь туда, куда Макар телят не гонял и где волки по нужде боялись приседать. Брат и сестра на полном серьёзе опасались похищения последней, тем более вокруг доходного дома Екатерины Свешниковой постоянно крутились мутные личности, бесследно растворяющие в узких переулках, стоило на горизонте появиться полицейскому экипажу или наряду с городовым или околоточным. Периодически недалеко от дома парковались и часами стояли без движения машины с наглухо тонированными окнами и номерами, заляпанными грязью. Водители и пассажиры, если таковые были, не покидали транспортные средства. Даже тупому было понятно, что это «ж-ж» неспроста, а если не счесть за труд и пошевелить извилинами, любой имбецил приходил к логическому выводу о цели и причинах интереса наблюдателей. Постоянное давление сильно действовало на нервы и не способствовало спокойствию, тем более местные боссы, посчитав долги выплаченными, на данном этапе дистанцировались от семейных разборок и умыли руки. Устав гонять «пришельцев», Матвей Панкратович задействовал старые связи, что с большой вероятностью уберегло Вику и Владимира от непредсказуемых и неприятных последствий. Новый городовой оказался настоящим асом в организации полицейских патрулей, распугивавших проходимцев.
Сам Владимир крутился так, что белки из колёс нервно покуривали в сторонке. Не дожидаясь судебных решений, он занялся устройством Вики в колледж и собственным восстановлением в университете, с которым возникли неожиданные проблемы. Действительно, пожимал Владимир плечами, когда в его жизни всё было легко и просто, а не через пень-колоду? И не припомнить уже. Если с вопрос дальнейшего образования Вики решился легко и просто, тем более портфолио сестры пестрело похвальными листами и различными грамотами призовых мест на олимпиадах, да и спортивные удостоверения с сертификатами накидывали девушке очков в глазах приёмной комиссии, то Владимиру повезло куда меньше.
Внезапно выяснилось, что решение суда конечно обязательно к исполнению, но ректор имеет право назначить квалификационную комиссию для оценки багажа знаний студента, пропустившего целый год. Что-вы, что-вы, действия руководства университета ни в коей мере не нарушают закон. Ни на йоту! Никаких экзаменов господину Огнёву сдавать не придётся — руководство университета чтит уголовный кодекс, а учитывая факт расширения юридического отдела, оно, сиречь руководство, подобно броне обложилось бумагами, чтобы к нему не подкопались. Дичь дичайшая, но законы и постановления, принятые во время Второй Великой войны, никто не отменил. Постановления, призванные защищать вернувшихся с фронта студентов, отвоевавших несколько лет, дышлом развернулись в сторону Владимира. От столь неприкрытой заботы хотелось крепко обнять ректора с юристами за шеи и душить… Внешне инициатива выглядела красиво: если комиссию, состоящую из уважаемых профессоров, удовлетворят знания молодого человека, который на момент отчисления должен был сдать зимнюю сессию, то он имеет право учиться без всяких ограничений и сразу со второго семестра. Зачем ему повторять пройденный материал? Правда в медовом благолепии отдавала смрадом ложка дёгтя: квалификационная комиссия начинала работу после завершения приёмных экзаменов. То есть, изюминка крылась в невозможности перевестись на другой факультет до окончания квалификации, а сдать экзамены на общих основаниях мешал юридический казус, согласно которого Огнёв числился студентом с определёнными нюансами.
Империя не запрещает одновременно учиться нескольким специальностям, только очно вы можете учиться в одном заведении, в остальных — заочно! Гладко было на бумаге, в жизни же кругом овраги. Владимир сомневался, что он сумеет миновать барьер вступительных экзаменов даже на заочное обучение, а комиссия, состоящая из старых пердунов — подпевал ректора, оценит его знания в положительном ключе. На этом и строился расчёт, не мытьём, так катаньем вышибить Огнёва прочь. Ты хоть заучись и будь гением семи пядей во лбу, старички всегда найдут на чём подловить и ткнуть рылом.
Логически напрашивающийся выход с отчислением и поступлением в другое высшее учебное заведение или в медуниверситет столкнулись с общей линией поведения руководства учебных заведений. Ректоры элементарно спелись, выступив общими фронтом против конкретного молодого человека. Звучит как бред умалишённого, но в глазах Владимира ситуация выглядела именно так.