— Вот поэтому я и не хотел начинать судебные процессы на местном уровне. — Тихо пробормотал я себе под нос. — Все вокруг одна большая система, а приходится сносить опоры.
Бросив на меня взгляд, Сергей только кивнул и пошел к своим людям. Следом прибыл следственный комитет и вошел в здание, многие из них приветливо со мной здоровались и смотрели с откровенным сочувствием, так как я выглядел сильно помятым после бессонной ночи, в течение которой с гвардией и федералами взяли загородный особняк судьи Попова. Пострадавших мы тайно доставили в мою лечебницу, все они были либо из детского дома, либо из таких семей, что не будут их искать, даже если они пропадут на несколько дней. Вот тебе и город с население в сто тысяч человек.
Самое главное, операцию провели, так что огласки никакой не было, тихо и быстро. Судья, являющийся двоюродным братом Карловой, так сказать семейный бизнес. Информацию о других участниках, а были они в основном из Бирска, уже была передана Седых и Давыдовым.
Докурив, я забрался на квадроцикл и поехал домой. Сейчас было уже одиннадцать часов утра, а я все еще не то, что не завтракал, даже не ужинал. Слишком неожиданно поступила информация от Ирины, пришлось поднимать Шамана и Калинина и выезжать.
Опять забегался, а ведь уже послезавтра нужно на большой совет семей отправляться, все заняты своими делами, сейчас, и дома никого нет. Даже Нуо говорила, что ей сегодня нужно будет пройтись по магазинам, а значит, она поехала с Евой и Селеной… А нет, все дома, да еще и у нас гостья.
— Итак, ты срываешь перед ужином и уезжаешь на броневике в неизвестном направлении. Как это понимать? — сложив руки на груди, встретила меня Ева в прихожей с уже подготовленными словами, но посмотрев на мой вид уже более мягко спросила, — что-то случилось?
— Да, новый виток вырезания гнойной язвы в районе. Вчера дали информацию о том, что в районе в проституцию толкают несовершеннолетних. Все оказалось завязано на главу отдела образования. А покрывалось ее двоюродным братом, по совместительству судьей.
— Вот тебе и тихий район. А ведь вообще никакой информации по тому, что здесь происходит, не было.
— Глав местного телевидения и газет давно прижали, они вчера приходили ко мне в мэрию и рассказывали о том, что здесь происходило, о чем знали, но не могли рассказать. Город пусть и большой, но все на виду. У них семьи, дети… Понимаю я их.
— А те девушки сейчас где? — спросила Виола, выйдя к нам.
— Пока у меня в лечебнице, ими занимаются. Туда должен будет прибыть психолог, направленный из Бирска. Старика я уже предупредил, ниточки и на его территорию тянутся. — Разувшись, прошел я в дом. — Есть что поесть? Со вчерашнего дня ничего не ел.
— Пошли голодный, накормим. Ты на сегодня все?
— На сегодня. — Кивнул я.
Марию и Селену я нашел в гостиной, они переговаривались между собой, только невеста обратила на меня внимание, слабо улыбнувшись. Нуо я не нашел взглядом, но она была в своей комнате чем-то усердно занимаясь. Виолетта и Ева тем временем принялись заботиться обо мне, но сначала отправили мыть руки, после чего я был усажен за стол и обложен едой.
Да… Тяжелая ночка выпала, чисто психологически. Впрочем, ладно, разгребу я весь этот завал рано или поздно. А ведь вышли на свет только когда шевельнули администрацию, начали прятаться, вести себя тише. Только вот слишком громкие дела, чтобы это можно было скрывать и дальше на фоне идущих проверок со всех сторон.
— Через три дня большой совет. — Протянула Ева, видя, что я, насытившись, задремал сидя за столом.
— Шаман остается в городе для контроля, — ответил я ей, — Холодца брать не стал, он пока взял несколько дней выходных, чтобы обустроиться на новом месте. Со мной Семен полетит.
— Что ты задумал с дедом? — внимательно посмотрела на меня Ева, сложив руки на груди, — он ясно сказал, что мы там будем не к месту.
— Не беспокойся.
— А я буду беспокоиться. — Недовольно посмотрела на меня Ева. — Знаю, что вы не просто так летите туда.
— Расскажу когда вернусь. — С тяжелым вздохом ответил я. — Ева, доверяй мне.
— Учитывая, сколько ты раз за последнее время оказывался на краю смерти — мне сложно это делать. — Проговорила она. — Ладно, иди, отдыхай, не буду мучать тебя расспросами. Знаю, что не расскажешь даже под пыткой.
Поднявшись из-за стола, я подошел к ней, осторожно убрав локон темно-русых волос за ухо, обнял, прижавшись щекой к ее волосам устало улыбнулся. Ева несколько расслабилась, обнимая меня, принялась покачиваться из стороны в сторону, словно сейчас играет медленный вальс.
— Романтика… — протянула Виола, войдя на кухню.
Отстранившись друг от друга, мы посмотрели на болгарку и переглянулись, обменявшись лукавыми улыбками, но эффект был произведен, Виолетта залилась густой краской и показала нам кулак:
— Больше я вам не дамся.
— Зато так мило стонала… — вздохнула Ева, — думала, тебе понравилось… Нужно будет постараться.
