— Оставайся. Дом в последнее время итак почти пуст. — Несколько недовольно проговорил старец, улыбаясь в усы. — Даже правнучку увели из дома.
— Тогда я возвращаюсь в Воскресенск. — Поднялся я из-за стола. — Ира, уведомляй меня обо всех изменениях. Знаю, что подслушиваешь.
— Хорошо, приказ принят. Отчеты будут утром и вечером. — Ответила мне Золотова. — Кир Львович, сейчас к поместью направляется Сергей Басов.
— Спасибо девочка. Переходи на обычную связь.
— Принято.
Улыбнувшись, я кивнул деду и направился к выходу из поместья, но уже не нашел Николая, потому попрощавшись с гвардией Седых, забрался в броневик и мы выехали в направлении дома.
Изучая последние донесения от разведки семьи и федералов Данил Иванов хмурился. После экстренного совета Великих семей и предоставления информации о подготовки Германии к полномасштабной войне все ускорили деятельность. Зашевелились и другие.
— Твари. Готовы продать все, лишь бы продать и получить за это грош, нисколько не задумываясь о завтрашнем дне. — Зло высказался старик. — Ни какой чести и гордости.
— Почему ругаешься отец? — вошел в кабинет его сын Кирилл.
— Предатели, только за два дня были пойманы несколько предателей, попытавшихся передать информацию о том, что нам известно о готовящейся войне.
— Это всегда так. Что ты решил по Вениамину? Мы не способны выдержать удар, если он и семья Седых просто откажутся выдвигаться дальше Урала.
— А что я могу? Вернуть его мать в семью? Он уже ясно сказал, что ему безразлично наше родство. Кирилл, поезд ушел. Все! — Махнул рукой глава семьи Ивановых. — Седых получили статус с условием стабилизации обстановки на юге Сибири.
— Ладно, я все понял…
— На востоке Япония с воинственно настроенным наследником убравшего мешавшего ему младшего брата и обвинившего нас в этом. На юге националисты поддерживаемые Монголией, на западе готовится удар формируемый силами Германии, Испании и Британии. — Ударил по столу ладонями Данил, отчего все предметы на нем подпрыгнули. — Мы в полном окружении и наши союзники не будут торопиться нам помочь. Им будет проще впоследствии добить нас и оторвать свой кусок пирога. Это политика, Кирилл, ничего личного.
— Прости отец…
— Лучше займись пока бункерами и продовольственной базой. У нас осталось так мало времени. Нам нужно быть готовыми. Мы и Громовы первыми встретим противника, когда начнутся столкновения. Вот так вот…
В итоге по прибытию мы с Шаманом весь вечер сидели и выбирали технику из той, что была представлена в пользование семьям, исходя из нашего бюджета. В итоге было сошлись на трех БМТВ БИЕ-100, двух бронетранспортеров и двух зенитно-самоходных установок на базе тяжелых бронеавтомобилей. Вместо ЗСУ, хотели взять ЗРПК, но помешало два фактора: это комплекс из пяти дополнительных боевых средств, и это вооружение было на самой грани дозволенного семьям. Вместо этого присмотрелись к небольшому ударному вертолету. Шаман, решил не беспокоить сегодня Холодца, решив завтра подойти с этим вопросом.
А вот к информации о готовящейся войне он отнесся довольно спокойно, пару раз приложившись к фляжке. После этого был несколько задумчив, выслушав информацию, о том кто должен прибыть на базу. Начал он собираться в одиннадцать часов вечера и быстро отужинав с нами, уехал.
Нуо осталась обустраиваться в квартире с Лиен-Сун, потому у нас осталась только Ирис. После ужина я забрался в архив и большую часть времени вытаскивал из него оружие, что хотел завтра отправить на базу.
Неприятно это осознавать, но к войне я не готов. К ней нельзя быть готовым, но нужно максимально готовиться. Сейчас меня волнует, что будет с Болгарией, все-таки мы одна семья и мне не совсем понятно, что делать. По уму нужно эвакуировать оттуда личную гвардию семьи, но пока мне просто негде их разместить. Так же там есть четыре завода, где трудятся специалисты, находящиеся на балансе семьи. Черт!
— Веня, все уже спят. Селена сказала, что ты под землей. — Наполовину высунулась Ева в лаз. — Что ты снова читаешь?
Поставив папку с описанием одной из лекарских техник, я тяжело вздохнул и направился на выход. Действительно я сильно задержался, предаваясь размышления.
— Что-то случилось? — спросила Ева, пока я закрывал лаз в архив. — Ты сегодня сильно хмуришься весь вечер.
— Появились кое-какие проблемы, но не буду пугать преждевременно. — Улыбнулся я.
— Серьезная проблема, раз ты не хочешь об этом говорить. — Сев на диванчик, Ева сложила руки на груди. — Расскажи, ты же знаешь, что я беспокоюсь.
— Пока не могу. Да и не хочется тебя расстраивать перед свадебной церемонией. — Присел я рядом, обняв ее. — Вы тоже стараетесь избавить меня от чрезмерной нагрузки…
