— Гробову не доверяй, он прикормлен Ивановыми. — Заметил Глеб, — ладно, вы пока здесь, я буду в Бирске, начну собирать своих людей.
— Хорошо. — Кивнул я и невесело усмехнулся, — словно у нас есть кто-то не "прикормленный"?
— Есть, офицеры, но далеко не все. — Ответил он, после чего развернулся, покинув штаб, сел в машину и начал осторожно отъезжать от кладбища.
— Шаман пока убери к себе, потом заберу, — протянул я папку главе гвардии.
Да, а затем стали слышны выстрелы парадного караула, хоронили уже федералов и милиционеров. Подполковник посмотрел поверх голов, видя все кладбище, в полном молчании отдавал честь.
— Я добьюсь того чтобы погибших приставили к награде, — заявил я подполковнику, — все равно в августе ехать в Москву. Буду настаивать на встрече с президентом и министром обороны.
— А ты?
— А что я? Мне-то, зачем награда?
— За тот бой в горах, когда ты остался и прикрывал выживших пассажиров? Почему наши гости ничего не говорят по данному поводу?
— Я ранговый, поэтому вопрос обо мне будет решаться на совете Великих семей. Поэтому я знаю как они меня наградят… Не унесешь потом. — Невесело усмехнулся я, — пойду я, нечего мне здесь прохлаждаться.
Вернувшись к остальным, я продолжил молча стоять и смотреть, как уходят в землю погибшие. Видеть горем убитых родителей и детей… Одну старушку пришлось буквально вытаскивать из могилы, вызвали медиков, она была в истерике. Даже с сердцем плохо стало.
После этого на могилы начали украшать цветами, очень многие… Люди все шли и шли, особенно отмечая погибших детей, они не должны были умирать. Впрочем и это все быстро закончилось… Несмотря на жуткую июльскую жару люди неспешно покидали кладбище.
— Итак, я вернусь в мэрию, а вы пока давайте в гостиницу — отдохнете. — Проговорил я.
— Думаю нам лучше всем вместе сесть и поговорить, — заметила Мария Железкова, — есть вопросы, которые необходимо обсудить безотлагательно.
— Хорошо. Тогда все в мэрию. Циан Дэйю, вам бы отдохнуть…
— В гробу отдохну. — Шутливо ответила она, — нам всем нужно поговорить, ведь все родственники встретились впервые.
Кивнув, я двинулся к выходу сообщив Шаману что нам нужны машины… Все-таки мы здесь дольше всего задержались, наши гости дружной компанией сбежали в гостиницу после возложения цветов. Впрочем, когда буду в Москве, я подниму этот вопрос.
Вернувшись в мэрию, мы заскочили в магазин и взяли прохладительных напитков, после чего, наконец оказались в прохладном помещении… Девушки расселись по креслам и позволили себе расслабится.
Шаман уже снявший парней с защиты кладбища отправил их отдыхать. Сейчас он в полной боевой экипировке сидел на кресле и просто наблюдал за окружающим, оставив только свою группу для нашей охраны. Впрочем, десять китайских мастеров прибывших сопровождать мать императора рассредоточились внутри и вокруг здания, заняв контрольные точки. Кир отправил Николая в кабинет мэра в компании двух китаянок, которые весело переговаривались с ним… Парень, конечно, не млел в их присутствии, но держался довольно строго. Мне было понятно, почему сюда направили этих двоих. Они владели русским языком на довольно приличном уровне.
Немного подумав, я пока все отдыхают, взял лист бумаги и принялся быстро писать:
"В связи с террористическим актом с многочисленными погибшими на территории города Воскресенск, Воскресенского района, Бирской области, произошедшего одиннадцатого июля две тысячи второго года.
Выражая скорбь по погибшим, и соболезнуя их родным и близким, постановляю:
1. Объявить одиннадцатое июля днем траура в Воскресенском районе.
2. В день траура приспустить государственные флаги Российской федерации и гербы семей.
3. Предложить учреждениям культуры и телерадиокомпаниям отменить развлекательные мероприятия и передачи в день траура.
4. Правительству Российской Федерации совместно с органами государственной власти субъектов Российской Федерации и представителями семей принять необходимые меры по оказанию помощи семьям погибших.
5. Настоящий указ вступает в силу со дня его подписания.
Вениамин Старинов".
А вот печати семьи у меня нет… Надо будет старую печать семьи из подвала достать, она там была. Однако новую, придется изготовить в любом случае…
— Дай тоже подпишу, здесь должна быть подпись главы района, но хватит и моей. — Проговорил Кир, — все-таки отвечаю за Бирск.
Внимательно прочитав Седых, подписал документ, после чего я убрал его в папку, которую мне вернул Шаман. Мария смотрела на меня внимательно, оценивающе, изредка бросая взгляды на дочь, которая расслабилась сидя в кресле, после чего недовольно цыкнула, проговорив:
— Скажи, Вениамин, как ты вообще мог допустить подобное? — уверенно проговорила она на английском, — ты знал, что в городе не самая благоприятная обстановка, но все равно допустил подобное развитие ситуации. Живешь ты здесь уже не первый год…
— Прошу прощения, Мария, но Вениамин на время моего опекунства над ним проживал исключительно на территории Бирска. Если не считать нескольких поездок, он здесь практически не был с момента пропажи его родителей.
