— Сгоришь, знавал я таких чокнутых… — покачивая головой, направился к выходу Шанц.
— Пожалуйста.
— Минус четвёртый этаж, левое крыло, там у нас малая лаборатория, спроси Шулера.
— Он даст литературу? — собираясь, а именно приводя себя в порядочный вид, спросил Герольд.
— Нет, — усмехнулся уже в дверях Знахарь — нет у нас такой литературы, это же не школа, сто раз тебе говорил… Ну может кто-то и ведёт учёт конечно, но подобные работы, что-то вроде научных трудов. Занимаются ими по большему счёту для себя, либо для института. Копии не делают, это как бы не принято. У нас, к слову, — хлопая себя по карманам в поиске наручных часов, что всегда снимал во время занятий, просвещал ученика Знахарь — не принято у нас хвастать умениями, не принято спрашивать, не принято отвечать. Только если нужда на то есть. Поэтому, как таковой картотеки и не ведём. Про те или иные открытые умения тоже не треплемся, дескать что открыл про то забыл. Не по понятиям, это. Но Шулер, он как бы над этим, у него специализация интересная Ульем дана. Вот ты к нему и сходи, с бухлом сходи. И сам отдохнешь и из него поболе вытянешь. На сухую послать может.
— Понял, спасибо. — поблагодарил учителя Гер, прихватив бутылку водки, что имелась в запасе, для приготовления живца.
После того, как Герольд провалился в этот мир, прошёл один месяц. Три недели он уже находился в школе Знахарей. То, как жила эта община его уже не удивляло. Всё это место, его обитатели и стены, учителя и ученики… Всё это попадало, в его прежнем мире, под ярлык «Сумасшествие». Знахари чем-то напоминали учёных, что зачастую чванливо и уныло говорили о дарах и сверхспособностях. Спорили, порой ругались, но в целом достаточно буднично разбирали чудеса на составные и что-то пытались привнести в, казалось бы, устоявшийся миропорядок. С другой стороны, всё это напоминало какую-то секту. Общность, совместное проживание, порой нелепые сабантуи и митинги, на которых словно заправский гуру вещали то Глебыч, то Саныч. Их внимательно слушали, кивали, иногда звучали аплодисменты… Но всё это имело абсолютно статичную форму бытия. Казалось, это место жило по своим законам, наплевав на тот мир, что окружал стены школы. Забыть о нём было легко, однако это могло стать большой ошибкой. Рано или поздно ты получишь свою специализацию и покинешь эти стены. Либо тебя начнёт съедать трясучка и ты вновь покинешь эти стены. Финал неизбежен. Посему Герольд старался придерживаться простых правил существования. Минимальный сон, минимальное время для физических нагрузок и максимальное вовлечение в азы профессии и впитывание любой информации, способной помочь выжить в будущем. С ранних лет он умел расставлять приоритеты, правильные цели и графики их выполнения. Всё в его жизни было регламентировано и продуманно. Так существовал он сам, таким он был в прежнем мире, и таким он будет в этом. Одной из насущных задач как раз была добыча информации по специализациям. Чем он не преминул заняться. Способы получения информации его не смущали. Сам он не любил алкоголь, это могло мешать его «увлечениям», но кто ему мешает делать вид, ну либо действительно совсем немного выпить для вовлечения в дискуссию оппонента? Главное — это цель. Дорога к ней не так значима.
— Добрый день, где я могу найти Знахаря Шулера. — спросил Герольд, выходящего из нужного помещения иммунного.
— Так, там. — махнув в сторону тёмного прохода сообщил ему иммунный.
— Спасибо.
Тёмный, мрачный коридор, обшарпанные стены и мерный гул лампочек — создавали, давящие на сознание, настроения. Минуя его, Герольд попал в скудно освещённое помещение. Минуя и его, он направился на звуки, доносящиеся из менее габаритной комнаты. Наконец достигнув цели, он увидел двух мужчин. Их дискуссия была довольно оживленной, по всему выходило, что господа были изрядно подпиты. О чём свидетельствовали бутылки, павшие смертью от опустошения.
— Здарова мужики, мне бы с Шулером поговорить. — поставив на стол ноль семь, начал налаживать контакт Гер.
— И тебе не хворать, ты кто такой? — не очень дружелюбно произнёс иммунный начисто лишённый волос. Борода, брови и ресницы отсутствовали в принципе, такое вероятно в Улье встречалось не часто, так как любые болезни этот мир лечит исправно, а назвать его здоровым было бы лукавством.
— Меня зовут Герольд. В Улье месяц всего, то бишь новичок. И мне очень нужна ваша помощь. — открутив крышку, Герольд налил мужикам по полрюмки, и себе на донышке. — За знакомство. — громко гаркнув первый тост, он опрокинул содержимое себе в нутро.
— Ловкий, ничего не скажешь. — закряхтел второй мужчина, принимая алкоголь, и занюхивая недоеденным грубым бутербродом с колбасой.
— Но не сочтите за наглость, если не к столу я, со своими вопросами, зайду как-нибудь потом. — закручивая пробку и делая движение как бы убирая бутылку, к слову, очень недурной водки, признал свою дерзость Герольд.
