Минуя пролёт, попал на этаж выше, с разбегу выбив дверь, которая, слава Улью, была не заперта. Очутился в новом для себя месте. Тусклый свет от мерцающих ламп, освещал ему новый просторный коридор, с редкими двойными дверьми и непонятными буквенными надписями. Забежав в первую же, понял, что это было подобием жилого сектора, разбросанные вещи, частично опрокинутая мебель, говорили о том, что люди спешно покидали это помещение. Вернувшись в коридор, решил проследовать дальше, новая дверь, та же картина. За ней снова то же. Похоже тут действительно был жилой сектор, а отсутствие людей, означало что по тревоге они успели либо эвакуироваться, либо заступить на защиту здания, и вероятно сейчас где-то на стенах, ведут ожесточенный бой с полчищем заражённых… В кои веки проклятье Улья, что так долго заставляло Алви бегать, оказало ему небольшую помощь.
Добежав до конца коридора, обнаружил, что лестница вновь вела лишь в одном направлении. О странном проекте здания некогда было думать. Поднявшись вновь на один пролёт, он выбежал в коридор, и на этот раз буквально сбил с ног одного из научных сотрудников. Добавив со всего маху ногой в живот, и не давая прийти в себя, Алви не делая попытки вступать в длительные беседы и уговоры, вывернул правую руку под неестественным углом, и с силой сместил. Открытый перелом, при общении с потенциальным проводником, был более чем весомым доводом к сотрудничеству. Этот шаг позволил отнестись к Алви серьёзно. Конечно же, нужный эффект был достигнут за кратчайшее время. Внешник сначала заорал, а после немного отойдя от шока был покладистым и честным.
— Где обследуют свежих? Недавно увезли девчонку, знаешь куда? — вывалил свои вопросы Алви.
— Сектор G8, аааа… не знаю про девчонку… я специалист по очистке помещений. Техник. — всхлипывая и периодически завывая, ответил внешник.
— Веди в сектор G8. — коротко дал указание Алви, отметив для себя что внешник был без оружия, а ему сейчас оно очень нужно…
Минуя часть коридора, они добрались до лифтовой камеры, но не получив отклика от неё, вынуждены были пройти дальше. Вновь лестница, но на этот раз сразу два пролёта вниз, после чего они достигли зоны карантина. О чём свидетельствовали шлюзы. Звуки боя доносились в значительном отдалении. Вероятно, это часть здания была дальше от места прорыва…
— У меня нет доступа, туда попадают только персонал разбора и учёные… — обозначил проблему техник.
— И как туда попасть? — спросил Алви, вновь схватив за, наверняка очень болевшую, сломанную руку.
— Аааааа… — прокричал внешник, при этом завалившись на колени. — Правда не знаю, не знаю… отпустииии…
Сильным ударом в висок, Алви вырубил калеку. Подняв ногу, убедился, что размер ноги у того слишком мал, от чего даже обувь урвать с него не выйдет. После потеряв всякий интерес к технику, он попытался приложить свою карту, что до сих пор таскал за резинкой трусов. Пыль и пот приклеили её к телу словно на липкую ленту. К сожалению, эта карта тут была не в ходу. Убрав её на привычное место, начал изучать подступ ко входу. Однако плюнув на это дело, так как никакого, даже самого малейшего представления о том, как пробраться туда у него не было, решил попытаться разбить стекло. Подобрав в отдалении самый настоящий огнетушитель, немного поцарапал, а после со всей силы начал долбить его об стекло. Угол огнетушителя смялся в считанные секунды, но и стекло не было бронебойным. Приложив значительные усилия, его удалось разбить, а после вырвать руками, для относительно свободного проникновения. На удивление, не встретив никого из персонала, он начал обходить палаты за палатой, почти в каждой лежали тела́, в холодильных камерах висели те или иные человеческие части, на полках лежали пакеты с кровью и ещё какими-то жидкостями. Если отстраниться, это вероятно был местный супермаркет. Либо камера предварительного хранения. Иная палата была не хуже предыдущей, так как в ней были свежие трупы иммунных, лежавших на столах, где каждый, непременно имел свою бирочку. И наконец последняя, где находились свежие, и похоже живые иммунные, что ждали свою очередь на разбор…
Тишина набатом била по вискам. Рассматривая лица голых, спящих под коктейлем, иммунных, он выискивал её. Пока, наконец, не наткнулся на худое девичье тело, прикованное к кушетке. Тихо, словно боясь навредить, он нагнулся к её голове и замерев, прислушался к дыханию. Почему-то ему было стыдно смотреть на неё, и наклоняться к груди, для того чтобы послушать сердце…
— Жива. — взволнованно сказал он себе, а после тихо пообещал ей: — Я вынесу тебя. Верь мне…
С ремнями Алви справился легко. Быстро осмотрев помещение в поиске шмоток, нашёл бак, приготовленный как раз для сбора ненужной более пациентам одежды.
