После чего они представились друг другу, и направились в ближайший кабак, тем более что Моцарт изъявил желание оплатить представшую гулянку. Отказываться не было ни желания, ни сил.
Первая бутылка была распита под интересные для обоих вопросы о Знахарстве, Дарах и теории Улья в целом. Моцарта многое интересовало из жизни Гера, а Знахарь с удовольствием рассказывал про основу собственной профессии. Но, как и любой иной разговор, со временем, под алкоголь и незамысловатую закутку все разговоры ведут…
— Да брось, это не воз-мож-но. — по слогам, будучи в не сколько подпитом, сколько в возбуждённом состоянии, разведя при этом руками, отвечал Герольд.
— Да? — не унимался Моцарт. — а я тебе докажу, да-да… — выискивая глазами объект для срочной доказательной демонстрации, Моцарт победно ткнул в сторону милой девушки, что разносила еду. — Вот с ней и докажу…
— Удачи… — победно оскалился Герольд, закидывая очередную рюмку с простой, но вполне приличной водкой. При этом аккуратно подцепив из банки, с рижскими шпротами, маленькую рыбку. И уже в спину новому товарищу добавил — Десять споранов, она тебя отошьёт.
На что Моцарт лишь кивнул, тем самым подтверждая объявленную ставку, и тем же самым принимая вызов.
Бутылка была всего лишь вторая, поэтому спор разгорался уже не шутку, но при этом пока без пьяной дури и злобы.
Моцарт не преминул похвастать собственными сердечными победами. Герольд, конечно, ему не верил. Ведь оные, порой действительно выглядели неправдоподобно, но Иммунный был непреклонен, и всячески пытался оскорбиться.
Что он говорил девушке, Герольд не слышал, гвалт в пивнушке был существенным, таких же выпивох в данном стабе хватало. Но на всякий случай подловил эмоциональный фон девушки, и внимательно за ним следил. Спектр эмоций был ярким, и достаточно просто определяемым. Сначала девушка была чем-то раздосадована, и явно сильно устала. Посему, в первые секунды после обращения к ней Моцарта, её эмоции были вялыми и текучими. Но действительно, спустя всего пару десятков секунд, помимо хтони, она испытывала сначала интерес и лёгкое беспокойство, а после лёгкое смущение и что-то сродни азарту. Но! Никакого возбуждения, исключительно перспектива относительно лёгкой наживы… Спустя всего полторы минуты общения с иммунным, она в предвкушении с ним попрощалась, и подмигнув Герольду продолжила свои дела. А Моцарт, будучи немного раздосадованным, натянул самодовольную мину и вернулся за их столик.
— Всё, я ж говорил…
— Пиздишь!!! — Припечатал собутыльника Герольд.
— Эээ.
— Ты ей спораны предложил, засранец. Играешь не честно.
— С чего ты…
— А с того, что на стойке барной объявление висит, дескать распускаешь руки плати, не хочешь платить, местные яйца отстрелят. Заведение лично под соучредителем стаба. И девки тут исключительно за платную любовь…
— А со мной бесплатно… — вспоминая что-то подобное проговорил Моцарт, при этом не желая так легко соглашаться.
— Ой, не гони, давай выпьем лучше, а свои фантазии оставь для снов. — примирительно закончил спор Гер.
— Сны… — выпивая рюмку и проделав с шпротиной, примерно тот же трюк что и Гер, начал новую тему Моцарт. — Вот ты мне скажи, Знахарь. А сны вы умеете интерпр… Интерпри…
— Интерпретировать?
— Да.
— У кого специальность нужная есть, думаю могут, психологи там, аналитики…
— Не, я имею ввиду не мозгоправа, я про Знахарей, вы же в мозгах как… как вот рыбка в масле.
— Рыбка в воде, коты у нас обычно в масле… Не слышал про такие специальности среди нашего брата. Но думаю, всякое тут есть.
— Вот мне бы такого найти…
— Ты мне расскажи, может я тебе помогу так. — пожимая плечами, при этом вновь разливая горючую по рюмкам произнёс Знахарь.
— Вот слушай. Сниться мне на днях сон, правдоподобный невероятно. Будто я ходил по какому-то зданию, и случайно попал в студию, где снимали порнуху.
— О как. — прокряхтел после выпивки Герольд, отламывая очередной кусок чёрного, ещё тёплого хлеба, и намазывая на него содержимое другой банки, с кабачковой икрой.
— Странно, конечно. И я такой ходил, присматривался, делая усиленно вид что вообще не смотрю. И дескать я тут мимо проходил. Но потом, сколько бы я не ходил по кабинетам, я постоянно натыкался на студии порнозаписи. Прям, блин, Останкино, только с уклоном. Представляешь? — серьёзно спросил Моцарт, при этом вновь разливая водку. — И вот хожу такой хожу, и в одной из аудиторий, меня сцапала за руку красотка, и увела в процесс.
— Охренеть.
— И не говори, а я как бы давно хотел, но типа стеснялся чего-то. Вот…
— Да, ты парень явно стеснительный. — сдерживая смех, поддержал собутыльника Знахарь.
— Это да, так вот, сначала я долго её гладил везде, типа прелюдии, в кино ж снимают. А потом, вроде, секс был, но чёртов сон, эту часть плохо помню…
— Ужас! — продолжал вставлять подбадривающие комментарии Гер.
— Да, но не это было ужасно, иначе чё бы меня это так волновало? — резонно заметил Моцарт. — А дело вот в чём. В конце рабочего дня, хмурый дядя раздавал деньги «за метр». Так прикинь, материала со мной было на минуту тридцать. Полторы минуты, сука. К чему это, а?
