– Полюбила сериалы? – приподнял бровь Роберт, но Алекс проигнорировала его подкол.
В правом дальнем углу на возвышении, декорированном под беседку, увитую плющом, с кустами роз под белыми перилами, находилась небольшая сцена. Хозяева бала пригласили музыкантов, и в данный момент субтильного вида девушка протяжно затянула один из последних хитов. Правда, в какой-то момент музыка сменила ритм и зазвучала быстрее.
В центр зала потянулся танцующий народ. Алекс удивлённо смотрела на незамысловатые движения отдыхающей знати, в данный момент ничем не отличающейся от её друзей по университету. Те во времена учёбы проводили почти каждый вечер в «Мани Хани» или «Порту» – клубах без претензии на какую-либо изысканность, зато вполне доступных по ценам.
– М-да, – добавила она.
– А что ты ожидала увидеть? – наклонившись, поинтересовался Роберт. Лёгкое нечаянное прикосновение губ к её щеке тут же взывало румянец. – Вальса, полонеза, польки или… фарандолы? – тем временем продолжил он.
– Определённо чего-то наподобие, – соглашаясь с его словами, ответила Алекс.
Руки Роберта внезапно обхватили её за талию, легко разворачивая лицом к их обладателю.
– Потанцуем? – спросил он. – Нам же не стоит выделяться?
– Ну ты и наглец!
Алекс к танцам была равнодушна, но не могла отказать себе в желании почувствовать, как ладони Роберта лягут ей на спину и притянут ближе к его крепкому телу, аромат и силу которого она сможет не только ощутить на уровне физических разрядов, проскальзывающего между ними тока, но и впитать через прикосновения.
Она перевела взгляд на Роберта, всё ещё ожидающего её ответа. Его взгляд выпустил из своего плена её глаза и скользнул ниже, к губам, где и застыл, довольно на долгое время.
Роберт видел, как раскрылись её губы:
– Ладно, пойдём.
И он потянул её за собой. Быстрая музыка тем временем закончилась, и девушка на сцене запела другую, уже медленную песню.
Мелодия оказалось с лёгким намёком на ритм вальса, и некоторые пары тут же закружили по зале. Маленькая ладошка Алекс с готовностью легла в его раскрытую руку.
Прижав не возражающую жену к себе, Роберт сделал шаг вперёд, заставляя Алекс отступить.
– Вальс? – округлив глаза, прошептала она.
– Ну, ты же хотела классики.
– Ничего я не хотела.
– Не знаю… не знаю.
– Не думаю, что смогу станцевать вальс.
– Просто расслабься и позволь мне вести, – уверенно сказала Роберт. – Это не так уж сложно. Мы ведь уже как-то пробовали.
Алекс кивнула и тут же, противореча сама себе, дёрнулась в сторону.
– Эй, – Роберт еле успел шагнуть вслед за ней. – Я же сказал, что поведу. Тебе вести не надо.
Он рассмеялся, смотря в её нахмуренное лицо. Всегда самостоятельная, не готовая принять его помощь, даже в танце пытающаяся вести его.
– Даже не пытайся, – предупредил Роберт ещё раз. Последнюю фразу он произнёс мягко, медленно притягивая жену ближе. – Просто чувствуй мои руки и двигайся вслед за ними.
– Я… я… – Алекс откашлялась, что-то явно мешало ей говорить, в горле запершило. – Я чувствую и… двигаюсь.
– Да, вот так.
Он развернул их, и всё так же медленно и аккуратно повёл на первый круг.
– Хоть ты сейчас и издеваешься, Роб, но ты хорошо танцуешь, – просто констатировала Алекс.
– Спасибо. И я не издеваюсь.
– Мы тут по делу, а не за танцами.
– И что? Кто мешает нам развлечься немного. Ты в Питере часто на таких мероприятиях бываешь? Я вот ни одного не припомню такого уровня.
Доля правды в его словах была, и Саша решила вернуться к теме вальсов.
– Я вполне серьезна. Никогда не думала, что ты так хорош в классических танцах.
Роберт приподнял бровь, тут же кровь заново прилила к щекам Алекс. Ну почему ему всегда удавалось смутить её лишь одним взглядом. Вот сейчас смотрел на неё так, словно она в свои же собственные слова вкладывала больше двусмысленности, чем в них было.
«Чёрт, – тут же поправила саму себя Алекс. – Я вообще в них ничего не вкладывала, никаких тайных смыслов и подтекстов. Зато Роберт мастерски переворачивает фразы в свою пользу. И так было всегда».
Но танцевал он действительно великолепно.
Саша откинулась в его руках, понимая, что её ноги, обутые в светлые туфли на довольно высоком каблуке, сами по себе, будто бездумно или зная наперёд, куда будет сделан шаг, следуют за движениями Акимова.
– Ты очень изменился за три года, – чуть подумав, добавила она.
Роберт слегка прищурился, теперь создавалось ощущение, что в его глазах плескается расплавленная изумрудная сталь. Но не холодная, а жаркая и тягучая, согревающая своим теплом.
– Да, я изменился, – наконец, ответил он, и почему-то у Алекс сложилось впечатление, что говорят они сейчас совершенно не о танцах.
Так или иначе, песня закончилась, закончился и этот странный вальс, ставший на какое-то мгновение чем-то большим, чем простым движением тел, и они вернулись к остальным гостям, предпочитавшим разговоры танцам.
Александра уже, было, собралась предложить Роберту прогуляться на террасу, когда к ним подскочил тот моложавый блондин, с которым они познакомились на пикнике.
«Беркли, кажется», – подумала Алекс и, вежливо улыбаясь, кивнула мужчине.
