Однако повар сегодня постарался на славу. Такой вкусной английской еды Роберт ещё не пробовал. Видимо, те неприятности, что пережили вчера хозяева, побудили повара выразить им своё сочувствие таким вот способом. В итоге – он порадовал не только хозяев, но и всех гостей.
Алекс апатично гоняла еду по тарелке весь вечер, не способная наслаждаться великолепным столом. Их общение не клеилось. Роб пытался быть вежливым и доброжелательным с соседями по столу и поддерживать какую-то видимость светской беседы, но почему-то сегодня никак не мог сосредоточиться на разговоре.
В самом начале ужина Роберт заметил Говарда и его заинтересованный взгляд, направленный на Алекс. Правда, она не обращала внимания на бывшего.
Роберт пребывал в странном состоянии, представляющим собой смесь раздражения и равнодушия. Более чётко описать его он не мог. Может, оно обрушилось на него из-за приезда Говарда, может, из-за того, что Алекс, одетая в то самое треклятое голубое платье, перенесла его мысленно в вечер аукциона, подняв в нём бурю чувств, которые он испытал в ту ночь: боль, ревность, разочарование… надежду…
Прежде чем потянуться за вереницей остальных дам в одну из гостиных, Алекс слегка сжала его руку и, молча кивнув, удалилась.
Она с трудом вынесла целый час, думая, что с этим светским этикетом пора завязывать. В следующий раз, определённо пойдёт прогуляться по саду или спрячется в их комнате. Надоело.
Поэтому при первой возможности Саша выскочила за двери гостиной и перехватила бокал с вином у выхода.
– Алекс, – раздался вкрадчивый бархатный голос над её ухом, и чьё-то дыхание коснулось волос, поколебав завитки у виска.
Девушка крепче сжала ножку бокала и обернулась.
– Дэниел, – кивнула она.
Он был одет в прекрасно сидящий на нём смокинг и как всегда выглядел потрясающе. Только вот сердце Алекс не дрогнуло и не сжалось при виде его, и тело не охватила дрожь предвкушения, как это бывало, стоило Роберту переступить черту её интимного пространства.
– Наконец-то ты одна. Выйдем?
Он кивнул в сторону широко распахнутых балконных дверей, ведущих на террасу.
Алекс огляделась, ища Роберта, но тот так и не появился, хотя обычно уже через полчаса приходил за ней.
– Хорошо, – в итоге согласилась она.
Аккуратно придерживая Алекс за локоть, Дэниел повёл их на свежий воздух.
Темнеющее небо было ясным, и дневной ветер стих. Приятный вечер плавно перетекал в тёплую ночь.
Народу на террасе было немного, но Дэниел потянул их подальше от центра, в тень.
Алекс высвободилась и подошла к широким каменным перилам, поверх которых опустила свой почти нетронутый бокал с вином.
– Какими судьбами в Касл-Ховарде? – оборачиваясь, вежливо спросила она. – При нашем последнем разговоре, как я поняла, ты собирался уезжать из Англии.
Алекс тут же запнулась и почувствовала, что краснеет. Упоминание про последний разговор явно оказалось неуместным, особенно если учесть то, как он начался и как закончился.
– Я приехал забрать родню и задержался на день, – пожав плечами, ответил Дэниел. – Ну, а ты, что тут делаешь?
Она ненадолго задумалась, подбирая правильное слово.
– Мы просто… гостим.
– Мы?
То, как она объединила себя и Роберта в короткое, но весомое понятие «мы» не осталось незамеченным.
Она кивнула и прижалась к мраморным перилам, ощущая их холодное касание чуть выше талии.
– Мы… я и Роберт.
– Так вы как бы с Акимовом вместе? – поинтересовался Дэниел.
На лице его не было ни интереса, ни любопытства, ни любых других подобных чувств. Они словно бы говорили о погоде. Хотя с другой стороны Алекс не относила тему личных отношений к списку приемлемых предметов для светской беседы. Но с другой – когда-то они встречались, а значит, не были чужими. Так что на правах друга он мог поинтересоваться её жизнью.
Правда в своё личное поле она не допускала никого и никогда, но, сделав небольшую уступку, подтвердила, чтобы у Дэниеля не осталось никаких сомнений или побуждений к действию.
– Вместе.
– И давно?
Алекс закусила губу, отчего-то захотелось рассмеяться.
– Больше пяти лет, – наконец ответила она.
Алекс могла бы сказать ему срок вплоть до дней, часов и минут, но кого это интересует, кроме её разбитого и только начинающего заживать сердца?
– Последние три года мы не общались, – быстро добавила она, чтобы Дэниел не подумал, что, будучи с ним, она обманывала и его, и Роберта.
– Понятно, больше пяти лет отношений, это…
– Брака, – поправила она, решая быть до конца честной. – Ну, вернее, брак – последние четыре года, а… за минусом трёх и вообще всего ничего остаётся… – её голос понизился до шёпота.
Алекс чувствовала себя препаршиво, и ощущение, что она несёт полную околесицу, так и не покидало её.
– Почему ты не сказала мне? – задал Дэниел вполне справедливый вопрос.
– Ну, мой развод затянулся, а поскольку мы с тобой не собирались связывать себя узами брака, я просто подумала, что эта информация не является существенной. А ты никогда не интересовался, – пояснила она.
– Любишь его? – она вскинула голову, наконец, взглянув в глаза Дэниелу, но ничего не ответила.
