Полиция, просмотрев многочисленные записи с камер наблюдения, примет Сокчуна за небезызвестного профессора университета, психолога-криминалиста. После обнаружения мертвого юноши следователям не составит труда за несколько часов отыскать дом в горах. Там же они найдут и арестуют самого То Кёнсу в отключке из-за лекарств. Дальше они предположат, что, находясь в невменяемом состоянии, То Кёнсу сам ввел себе нелегально приобретенную дозу анестетика.
Когда полицейские его разбудят и он придет в себя для допроса, Сокчун уже будет в Таиланде, скрываясь в укромном месте.
Именно до этого момента план был продуман и составлен идеально, но случилась одна непредвиденная проблема.
К счастью, Пак Ханна не знала, кто именно на нее напал и удерживал. В будущем она услышит версию полиции, что это были действия ее мужа. Единственное препятствие – То Чивон. Она-то узнала о существовании Сокчуна, догадавшись, что именно он выдавал себя за ее отца.
Жена была против новых смертей. Ким Кваннэ же считал, что убрать девушку все-таки придется, при этом без особых рисков, так как и это убийство можно будет легко выдать за дело рук То Кёнсу. Бывший охранник переживал, что если не убить дочь профессора, то положение Сокчуна и его жены станет весьма шатким и они подвергнутся опасности.
Поначалу они согласились с доводами Ким Кваннэ. Сокчун планировал после того, как введет последнюю дозу То Кёнсу, ввести в этот же момент смертельную дозу его дочери. Только тревога жены передалась и ему: он начал сомневаться в необходимости таких мер.
Вдалеке показался дом. Сокчун подъехал ко входу и поставил машину рядом на стоянку. Как поступить с То Чивон, он решил обдумать позже. Сейчас надо было сосредоточиться на ее брате Чиуне. С этой мыслью мужчина выключил двигатель:
– Вот мой дом. Выходим.
– А мама? – спросил Чиун, по-прежнему смотря в телефон в руках, как будто он старался не встречаться взглядом с Сокчуном.
– Она уже едет. Скоро будет, – ответил Сокчун как можно мягче.
Необходимо было сохранять спокойствие. Он отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Юноша сидел какое-то время неподвижно и только после того, как лжеотец подошел к крыльцу подъезда, тоже вышел из машины и последовал за ним.
Оба вошли в лифт, поднялись на нужный этаж и зашли в квартиру. Входная дверь со щелчком закрылась за ними. Сокчун дважды повернул замок на случай, если пленник постарается убежать, снял обувь в прихожей и включил свет.
Гостиная тоже нуждалась в освещении. На окнах висели блокирующие свет жалюзи, что создавало в комнате ощущение полумрака.
В глаза бросился массивный книжный шкаф во всю стену и раскладное кресло-шезлонг. Сокчун усадил Чиуна на пол и попросил подождать немного. Юноша окинул равнодушным взглядом неизвестную комнату и, быстро потеряв интерес, снова уткнулся в манящий экран телефона.
Мужчина снял пальто и кинул его на спинку кухонного стула. Взял тарелку с заготовленным угощением и вынес ее в гостиную. Чиун взял сразу пригоршню сладостей и закинул в рот. Сокчун протянул ему колу. Парень открыл банку и стал делать глоток за глотком, вдруг он заметил на полу миску между гостиной и кухней. Засмотревшись на нее с явным любопытством в глазах, Чиун спросил:
– Что это?
– Миска для кошки.
– У тебя дома есть кошка? – Чиун внезапно широко раскрыл удивленные глаза.
Сокчун утвердительно кивнул, отложил телефон и уставился в сторону миски с кормом.
– А где она сейчас?
– Спряталась, наверное. Если приходит кто-то чужой, она боится выходить.
Чиун пошел на кухню и посмотрел под столом. Потом заглянул в туалет, прошел в спальню и в кабинет с компьютерным столом – кошки нигде не было. Он с беспокойным выражением лица вернулся обратно в гостиную.
– Разве дома можно держать кошку?
Сокчун поднял брови и переспросил, что именно он имел в виду.
– Раньше ты говорил, что нельзя, что кошки должны жить на улице.
– Я так говорил?
– Да, ты говорил, что кошки должны жить вдали от людей, тогда они не получают стресс и им хорошо.
– Этой кошке нормально жить дома с человеком. Она любит людей.
– Правда? – То Чиун с наивным выражением лица посмотрел на Сокчуна.
В груди мужчины что-то резко оборвалось при виде простодушно-наивных, как у ребенка, глаз, сильно выделяющихся на лице уже взрослого молодого человека.
– Как ее зовут?
Сокчун решил не отвечать, а направить разговор в другую сторону.
– Сиди в гостиной и никуда не ходи. Кошке нельзя такое есть.
– Верно. Животным нельзя шоколад, – кивнул Чиун.
Он снова взял в руки телефон и стал смирно ждать, когда кошка появится сама. Сокчун оставил его одного, а сам пошел в туалет. Сердце громко колотилось в груди.
Он закрыл за собой дверь в туалет и проверил, хорошо ли она заперта, подергав несколько раз за ручку. Взглянув на себя в зеркало, мужчина тяжело выдохнул.
