Кромвель устало поковылял обратно, а застывшие на время нашего разговора стражники наконец расступились, освобождая нам дорогу из города. Они непонимающе перешёптывались друг с другом, что-то спрашивали и таращили на нас глаза. Ничего-ничего, скоро и они услышат историю о ночных похождения одного вольного отряда, к которому так опрометчиво решил присоединиться один неосторожный мастер.
— Ну вот, а ты говорил, убьёт, — сказал Сивый, когда мы миновали ворота. Он глотнул воды из фляжки. Затем и вовсе полил себе на голову и растёр стекающую воду по лицу.
— Мог, — ответил я. — Просто сил у него не было. Устал он.
— Значит, повезло, — флегматично кивнул бывший мрачный.
— Поехали, что ли. И кто-нибудь, разбудите уже Дунвеста. Какого хрена он спит прямо в седле?
— Умаялся он, — вступился за бывшего командира Сивый. — Его вчера какая-то фея охмурила так, что он ей стихи читал, прямо со стола. Всё Денни её звал, а потом и вовсе… «утонул в её омуте глаз». Так тонул, что на весь бордель было слышно.
— Глубоко, видимо, погружался, — предположил Хорки.
— Да там дело другое, похожа она просто…
— На кого? — с любопытством спросил Пруст.
— Неважно, — ответил за Сивого я. — У всех свои предпочтения.
А девушка и правда была чем-то похожа на одну очень благородную особу. Особенно если первую одеть поприличнее, а последней скинуть чуток лет. Но это действительно личное дело Дунвеста. К тому же за сам факт того, что кто-то, кувыркаясь с продажной жрицей любви, представляет на её месте главу влиятельного рода… За такое могут и шкуру со спины содрать.
— Это Раст во всём виноват, — вынес вердикт Колтун. — Сколько мы за него здравниц подняли, я и не помню даже. Это ж надо, в его-то возрасте…
— Ага, — поддержал его Пруст. — Как в строю стоять, так старый он стал, а как свой сморщенный стручок в молодое девичье тело пристраивать, так это он выходит ещё ого-го.
— Смотри от зависти не лопни? — поддел его Хорки, с похмелья будучи на язык даже острее чем обычно. — Если мысли на этот счёт какие были, то нужно было самому действовать, а не ждать пока тебя старик обойдёт.
— Да я ж в походах постоянно, — неуверенно оправдался Пруст. — Тут разве будет время для серьёзного чего?..
— Интересно, а городской фонтан уже оттаял? — глядя на брата, перевёл тему Шуст. — Когда мастер его заморозил, шибко красиво получилось.
— Угу, но страже это почему-то не понравилось.
— Да им вообще почти ничего не понравилось из того, что мы делали. Даже осла у нас отобрали.
— Какого осла? — не понял, Шуст. — Не помню я никакого осла.
— Конечно, не помнишь. Ты тогда уже на колокольню полез, людей будить, чтобы «все граждане Фельса присоединялись к нашему празднику». Благо на середине лестнице уснул.
— Подожди, — не понял Хорки. — Если Шуст уснул, то кто тогда в колокол ударил?
— Кто-кто… Да звонарь с перепугу. Он когда нас внизу увидал, а потом ещё и Шуста на четвереньках ползущего по лестнице, подумал, что враги пробрались в город, хотел тревогу бить. Благо рассвет и так начаться вот-вот должен был, так что люди, считай, всего на чуток раньше встали.
— Так что за осёл-то? — не сдавался Шуст.
— Да чёрт его знает. Но Горунар его пивом решил поить, так тот два ведра выпил и к нам прибился. Ходил по городу, ещё выпрашивал. Мы тебя кстати на нём катали, чтоб самим не тащить. А когда стражники появились, наш командир сказал, что этот осёл — будущий член нашего отряда. Ибо осёл он или нет — неважно, так пить может только настоящий Заяц!
— И где он сейчас?
— Кто?
— Осёл!
— Так говорю же, забрали. Наверно у него сегодня с утра тоже голова болит…
Да уж, без победы нам в Фельс теперь нельзя. Город запомнил своих героев, но пока не с лучшей стороны. И лишь авторитет мастера Кромвеля не позволил этих самых героев упрятать за решётку, наказав лишь внушительным штрафом за нарушение общественного порядка. Надеюсь, ему там не придётся совсем уж тяжко, на встрече с наместником. В крайнем случае, ещё раз его спасёт.
Ну а нам нужно двигаться на север. Через пару дней мы прибудем в Старый Колодец, и к этому моменту было бы неплохо всем прийти в чувство.
— Так, бойцы, — обратился я ко всем. — Слушай вводные. К вечеру будет деревня, заночуем там. Горячая еда, холодная вода, тёплая постель. И чтобы на утро рожи были бодрые и весёлые. Это ясно? Увижу кого, решившего «полечиться» местным кислым пивом, пришибу самолично.
Дослушав нестройный ответ бравых воинов, я сам попытался отрешиться от тяжкого самочувствия и направить мысли в полезное русло. А именно, придумать мало-мальски пригодный для реализации план. Рассчитывать, что информация свалится на меня сама собой, не приходилось. Хотя, учитывая мою «удачу», такое тоже нельзя было исключать. Могла и свалиться. Вместе с неприятностями и неприятелями.
