Да неужели же татарское руководство стало бы в такой ситуации вывозить к озеру и топить свои, с таким трудом нажитые сокровища? Да ни в жизнь! Совершить такой акт означало одно – всенародно признать, что всё потеряно, разгром неминуем и спасения нет. Но в конце августа всё обстоит с точностью наоборот. Войска сильны, стены крепки, запасов – просто море. А уж насчёт бегства из города не могло быть и речи. Вот если бы они бежали, то да, могла возникнуть идея насчёт того, чтобы освободится от сковывающих движение тяжестей.
Кстати сказать, только тогда и могли бы свалить мешки и бочки в «Кабан», поскольку озеро оказалось бы как раз на пригодной к отступлению дороге. Но нет, никто о бегстве и не помышлял. Решительная оборона и внезапные вылазки, вот какая оборонительная тактика была избрана на Высшем совете. Её татары и придерживались.
Но вскоре случилось одно событие, резко ускорившее ход событий. 4-го сентября русские войска устроили подкоп под стену у Тайницкой башни и произвели подрыв стены рядом с Ханским дворцом. Вслед за этим они попытались ворваться в Кремль, но были отбиты. Поскольку возникла прямая угроза сохранности ценностей, то, видимо, только тогда о них вспомнили и решили на всякий случай перепрятать получше. До окончательного падения города оставалось менее месяца, и потенциально у его защитников было вполне достаточно времени для осуществления своего намерения. Несомненно, данное важное дело было поручено именно Чапкуну Отучеву. Во-первых, он и по должности отвечал за казну, а во-вторых, наверняка уверенно заявил о том, что точно знает, где можно хорошо и незаметно спрятать такое большое количество ценностей. (Ещё бы ему не знать, когда у него дома есть личное карстовое подземелье, давным-давно оборудованное тайным входом и прочими бытовым удобствами).
Надо полагать, что для выполнения столь важной и секретной миссии наш герой использовал самый минимум наёмного персонала. И, скоре всего, весь он был набран из его же собственных слуг. Они и так знали про подземелье, (тайна не уходила на сторону) и, кроме того, были лично преданы своему хозяину. Но таких людей не могло быть много в принципе. 6–8 человек и всё. Вот почему процесс захоронения растянулся на такой длительный срок, вот почему они возились почти месяц. Вот почему старик Азимов утверждал, что казну спрятали накануне последнего штурма. Её раньше просто не успели спрятать. Слишком велики были запасы, слишком мало тех, кто был допущен к её припрятыванию.
Да и кто сказал, что они успели спрятать всё? Ничего подобного. Часть серебряных денег и практически все медные деньги остались на своём законном месте, в подвалах ханского дворца. И это тоже понятно. Уже не было ни сил, ни времени, чтобы спрятать всё. Вероятно, сам тайник торопливо маскировали уже во время уличных боёв. И именно в этот момент князь Отучев и решился дать дёру. Он рассчитывал, что в суматохе уличных боёв его не скоро хватятся, но ошибся. Именно тогда был схвачен «при попытке скрыться», и тут же обезглавлен. Вряд ли здесь имело место случайное стечение обстоятельств. Скорее всего, за недальновидным сановником пристально следили с самого начала. Ведь нельзя же, на самом деле, полностью доверять человеку, которому поручили столь щекотливое дело! Если бы он остался жив, то вполне мог бы потихоньку присвоить большую часть сокровищ или (что ещё хуже) проболтался бы на первом же допросе. Ясно так же, что и слуги его не долго пережили своего господина. В таких вещах правители ошибок обычно не делают.
Давайте теперь посмотрим, кто же конкретно составлял правящую верхушку Казанского царства? Кто конкретно отдавал приказы на захоронение казны и уничтожение ненужных свидетелей?
Известно, что государственный переворот в Казани, так огорчивший Ивана Грозного, произошёл 9 марта 1552 года. Главными действующими лицами в нём были: князь Чапкун Отучев, князь Ислам, князь Кебек и мурза Алике Нарыков. Прежний царь казанский Шагалей в апреле 1552 года бежал в город Свияжск, а в мае того же года прибыл в Москву. Вместе с ним выехало 84 уважаемых и знатных жителей, а так же 500 стрельцов. И тем же летом в Казань на царство из Ногайского княжества был приглашён хан Ядыгар Мухаммед, выходец из рода хана Темира Кутлу из Астраханской династии. Вскоре было образовано правительство во главе с новоприбывшим ханом Ядыгаром. В государственный совет правительства входили следующие лица: Куль Шериф (высшее духовное лицо), Кади (министр юстиции), Чапкун Отучев, Алике Нарыков, князь Зениет, сибирский князь Кебек и князь Дервиш. Отметим, что все они были либо главарями заговорщиков, либо являлись приближёнными нового царя. Из всего состава совета главными были два человека, глава духовенства Куль Шериф (он считался после Хана первым лицом в государстве) и буквально вездесущий Чапкун Отучев. И если первый был яростным противником русского духа в казанском царстве, то второй был себе на уме и блюл собственную выгоду.
Вот что было написано про этих государственных деятелей сразу после последнего штурма.
