предупредил компьютер, возвращая меня в настоящее. Ну все, хватит воспоминаний на сегодня, сейчас надо делать умное лицо.
Тетрисовский интерьер померк, а я оказался в комнате, где меня допрашивали агенты безопасности из «Аргуса». Пиджаковый точно так же сидел за столом, но сегодня он был один, что очень меня порадовало.
— Здравствуйте, Виктор Франкович. Рад, что Вы так быстро все обдумали. Внимательно слушаю Вас.
Я вздохнул, закрыл глаза… Ну, врать так врать!
— Группа Робина планирует удар по одному из офисов ОРЕОЛ — ТЕЛЕКОМ. Кажется, это будет сильный электромагнитный импульс. Послезавтра.
— Хм-м… Нельзя ли поподробнее? Какой именно офис, откуда импульс и насколько мощный?
— Мне не докладывают.
Пиджаковый улыбнулся:
— Если у нас с Вами все пойдет хорошо, я бы мог посодействовать, чтобы Вас взяли в штат. Тогда и Вам будут докладывать.
— Спасибо, не надо. Русские литераторы двадцатого века и так слишком много внимания уделяли не тем органам, каким стоило бы.
Улыбка пропала с лица пиджака, и он стал бросать фразы как пересушенные чипсы:
— Мы уже имеем информацию. Об ОРЕОЛЕ. Получена сегодня. От леди Орлеанской. Тоже про удар. Неизвестным оружием. И тоже неясно, по какому из офисов. Вы добавили лишь дату.
Ничего себе совпадения! Кто-то повторил мою выдумку? Раньше меня?! Да еще Орлеанская, которая сама — моя собственная выдумка!
— Вы чем-то обеспокоены, Виктор Франкович?
Теперь я постарался придать лицу выражение поглупее.
— Да, немного обеспокоен. Вы мне обещали канал для передачи. Как говорится: дай, Джим, на счастье мне дай лап и все такое прочее…
— Ах, Вы об этом. Коне-ечно!
Пиждак снова стал само радушие. Видно, решил сразу ухватиться за проявление меркантильности с моей стороны. Неужели их и вправду учат по книжкам Карнеги?
— Мы проверим Вашу информацию, и если она подтвердится… я хочу сказать, она почти подтверждена, так как получена от двух разных информаторов… Но посмотрим. Если все верно. Вы получите канал, а на Вашем счету появится, хмм… скромный знак нашей благодарности. Надеюсь, мы и дальше будем сотрудничать с обоюдным удовольствием. Поверите ли, я даже могу организовать Вам и Вашей новой передаче неплохой индекс цитируемости — у нашей службы стабильные бартерные отношения с несколькими информационными каналами. Кстати, неплохой просветительский девиз Вы сейчас сказали, про Джима. Не могли бы повторить?
— Это был экспромт, я уже забыл его. Но Вы ведь записываете наш разговор, не так ли? Разве Вас не учили этому в академии УКИБа или где Вы там еще «просвещались»?
Пиджак подался вперед и пристально посмотрел мне в глаза. Ну нет, на расстоянии этот трюк не работает, гражданин начальник. Я зевнул и потянулся, как бы невзначай щелкнув ногтем по стене-экрану. Пиджак все понял и снова откинулся на спинку стула.
— Вы, наверное, считаете меня тупым солдафоном, Виктор Франкович. Жаль. Мы могли бы сработаться. А Вы лично, с Вашими знаниями, могли бы стать неоценимым специалистом в области… просвещения. Жаль. Между прочим, стихотворение про Джима, строчку из которого Вы сейчас переделали, написал Пригов Дмитрий Александрович. Видите, я не такой уж невежа, как Вы полагали.
— Вы имели в виду «невежда» или все- таки «невежа»?
Пиджак ничего не ответил и исчез. Вокруг меня снова был «кабинет-34».
Продолжение следует.
Центр природных ресурсов Великих озер, являющийся отделением Национальной федерации охраны живой природы США, совместно с представителями медицинской промышленности штата Мичиган разработал рекомендации, призванные помочь больницам штата значительно снизить уровень загрязнения природной среды, связанного с неисправным медицинским оборудованием и химикатами.
Специалисты Центра призывают принять неотложные меры по предотвращению загрязнения медицинских учреждений ртутью. С их помощью в больницах штатов Мичиган и Массачусетс, где были проведены исследования по содержанию ртути в жидких отходах, их удалось сократить на 45–85 процентов. Больницам штатов рекомендована программа, благодаря которой они смогут совсем избавиться от загрязнения ртутью.
Воздействующая на нервную систему человека ртуть обычно содержится в лабораторных химикатах и в оборудовании: в аккумуляторах большой мощности, флюоресцентных лампах, термометрах и приборах для измерения давления. При повреждении приборов ртуть из них часто вытекает, и ее пары выделяются в окружающую среду.
В случае утечки ртути из сломанного прибора она легко может попасть и в жидкие отходы. Центр советует провести в больницах инструктаж персонала об опасности ртути, о последствиях ее утечки, а также о мерах, которые необходимо принять для их предупреждения.
