Опираясь на исследования известных антропологов Я. Рогинского и М. Нестурха, Эфроимсон показал, как тесно связан альтруизм с эволюцией человека (в частности, с длительным периодом воспитания несмышленого детеныша, который обусловлен необходимостью созревания и «становления» головного мозга).
Итак, мать любит своего ребенка. Любит еще и потому, что эта любовь обеспечивает внимание к нему в годы его незрелости. А для эволюции эта любовь – забота «эгоистичных» генов о судьбе своих копий в грядущей череде поколений. И о судьбе этих копий у ближайших родственников. Альтруизм – это готовность пожертвовать своими интересами не только ради своих детей, но и ближних. Об этом идет речь в публикуемой на следующих страницах статье.
Там же рассказывается и о «непрямом альтруизме», и о «косвенном вознаграждении» «непрямых» альтруистов.
Примечательно, что оба этих понятия так или иначе восходят к идее взаимопомощи членов первобытного стада, которое находилось во власти прежде всего группового отбора, а уж затем индивидуального, как это имеет быть среди большинства животных. В поле действия группового отбора коллективы древних людей, а еще раньше – предлюдей, находились сотни тысяч, если не миллионы лет, и, несомненно, он оставил значительный след не только в поведении, но и в наследственности человека.
Любопытно отметить, между прочим, что некоторые особенности того, как действует «непрямой альтруизм», о чем рассказывает М. Вартбург, в нынешнее время распространились гораздо шире, чем то, что можно было бы назвать близкородственной группой. Причиной тому – установившиеся связи между отдельными коллективами в древности и в средневековье и действия средств массовой информации в наши дни. Они молниеносно разносят вести, в том числе и те, какие можно причислить к «непрямому альтруизму» и к его вознаграждению. И те связи, которые в глубокой древности возможны были только внутри малой группы, теперь могут устанавливаться между людьми, живущими на разных континентах.
А распространение Всемирной Паутины придаст этой системе возможность действовать повсюду и почти молниеносно.
Но следует ли из этого, что наступает век альтруизма? Сомнительно.
Григорий Зеленно
Михаил Вартбург
Фарисеями называлось одно из трех религиозных направлений, на которые распадался иудаизм перед концом Второго Храма (два других – саддукеи и ессеи). Фарисеи были теми гибкими – и в то же время преданными вере – прагматиками, которые, по сути, и сохранили иудаизм на века. Однако в историю они вошли с незаслуженно обидной репутацией – фарисеев, мол, отличало показное благочестие. Старинная картинка изображает богатого фарисея, который старается сделать так, чтобы все видели, как он щедро жертвует на Храм. Считается даже, что наставление: «Пусть твоя левая рука не знает, что творит правая» -.относится именно к таким показным жестам. Нужно, мол, когда правая дает на Храм, чтобы «левая», то есть сам человек, вела себя скромно, будто не знает этого. (Впрочем, этому наставлению тоже не повезло: оно стало признаком безалаберности.)
И, тем не менее, есть основания думать, что фарисеи были правы, когда старались, чтобы люди видели их щедрость. Два швейцарских ученых, Ведекинд и Милинский, опубликовали недавно сообщение об эксперименте, который как будто бы подводит базу под такую гипотезу. В этом эксперименте участвовали 79 швейцарских студентов, ничего не знавших ни о цели исследования, ни о спорах, идущих вокруг его предмета. А предметом эксперимента был … альтруизм. Швейцарские ученые хотели проверить одно из возможных объяснений этого явления.
Альтруизм, то есть взаимопомощь в животном и человеческом мире, давно интересует биологов. Это явление объясняли многократно и по-разному, но, как правило, с позиций морали или психологии, и это делает понятным недавний призыв одного из биологов «освободить, наконец, альтруизм от альтруизма», то есть попытаться объяснить его чисто биологически, показав, каким образом в мире «эгоистических генов» могла возникнуть взаимопомощь.
Такие объяснения не замедлили последовать. Самым популярным стало то, которое предложил американский биолог Билл Гамильтон, а именно – отбор по родству. По Гамильтону, мера помощи, которую дающий оказывает данной особи, определяется степенью ее родства с этим дающим. Чем больше родство, тем больше вероятность, что у обоих одинаковые гены, поэтому помогающий, помогая выжить родственнику, в конечном счете помогает выжить и распространиться своим собственным генам. А с позиций современного ультрадарвинизма движущей силой эволюции является именно это «эгоистическое» стремление генов распространиться как можно шире.
