Первым в 2002 году было открытие Вудса и Уолша, которые установили, что мутация в определенном гене человека вызывает появление детей с резко (до 400 куб. см) уменьшенным объемом мозга. Это называется аутосомальной первичной микроцефалией, и по первым буквам этой болезни сам ген получил название ASPM. Это побудило Джанджи Джанга исследовать нормальный (без мутаций) вариант этого гена и сравнить его с аналогичными у шимпанзе и орангутанов. В декабре 2003 года Джанг обнаружил, что по сравнению со своими обезьяньими аналогами ген ASPM у людей содержит значительное число наследственно закрепленных изменений. Как мы уже знаем, это свидетельствует, что данный ген находился под позитивным эволюционным давлением, и косвенно указывает, что он дает своим владельцам какие-то эволюционные преимущества. Джанг высказал предположение, что каждое очередное изменение в этом гене вызывало очередной скачок в объеме мозга.
Наконец, в начале 2004 года появилось сообщение группы американских исследователей во главе с Брюсом Ланом, которые провели более широкое изучение любопытного гена. Эта группа провела сравнение гена ASPM на длинном эволюционном интервале, от мартышек и макак через гиббонов, орангутанов и горилл до шимпанзе и, наконец, человека, а также изучила аналог этого гена у других линий животных. Оказалось, что, только начиная с простейших приматов, появляются признаки ускоренного изменения гена ASPM; у коров, мышей, крыс и т.п. никаких признаков такого изменения нет. Иными словами, ускоренное изменение гена ASPM появляется только на эволюционной линии, ведущей напрямую к человеку.
Любопытно также, что темп этих изменений особенно ускорился после отделения людей от шимпанзе, то есть за последние 5-7 миллионов лет. В этом интервале скачкообразные изменения гена стали происходить каждые 300-400 тысяч лет, коррелируя с непрестанным ростом объема мозга (за это же время средний объем мозга вырос с 420 куб. см у древних предшественников человека, австралопитеков, до 1350 — 1420 куб. см у нынешних людей).
Однако со времени последнего изменения ген ASPM уже остается стабильным, что указывает на воздействие так называемого процесса очистительной селекции, как называют генетики процесс преимущественного отбора потомков с неизменной формой гена, как будто ген ASPM, а с ним объем человеческого мозга, уже достиг оптимального строения.
Интересное исследование, но требует осторожности: связывать этот ген с уникальной человеческой "интеллигентностью", с очеловечиванием обезьяны было бы очередным упрощением.
Юрий Ревич
История развития направления под названием "искусственный интеллект" (ИИ) есть история преодоления одного из самых выдающихся заблуждений в науке — представления о том, что человеческий мозг функционирует по определенной системе правил, то есть алгоритмически, а следовательно, сколь бы не был сложным этот алгоритм, его можно все успешнее вычислять по мере развития технических средств.
Это заблуждение восходит еще к теориям великих рационалистов (Декарта, Лейбница), и оно оказалось настолько стойким, что его влиянию были подвержены лучшие умы XX века — Тьюринг, Колмогоров, Винер, Глушков. Все это несколько напоминает заносчивое лапласовское "дайте мне координаты и скорости всех частиц во Вселенной". Квантовая механика доказала, что Вселенная устроена гораздо сложнее, чем это следует из классических законов механики. Но история, как известно, ничему не учит, и ученые, в первой половине XX века только что пережившие (с большими трудностями) квантовую революцию в физике, в середине 50-х замахнулись на моделирование мыслительной деятельности с помощью электронных схем. Излишне говорить, что они на первых же порах столкнулись с такими проблемами, о существовании которых никто из них и не подозревал.
Как ни странно, но представители гуманитарных наук, изучавшие разные стороны мышления задолго до компьютерной революции, — философы, психологи, психиатры, физиологи — ровным счетом ничем помочь не смогли. Все эти науки есть науки описательные, а представление описательного — не поддающегося переводу на язык математики — знания для компьютера оказалось само по себе одной из главных и до сих пор не решенных задач нового направления.
Сам термин ИИ был предложен в 1956 году на семинаре с аналогичным названием в Дартсмутском колледже (США). В русском переводе термин не совсем отвечает содержанию понятия: "искусственный интеллект" несет некий мистическо-антропоморфный оттенок, которого в оригинальном английском "artificial intelligence" нет — значение слова "intelligence" ближе к "смышленость", "понятливость", нежели к "intellect" — "рассудок".
