— Даже не знаю… — Чудик задумчиво почесал лапой за ухом. — Может быть, а может, и нет. Слушай, а давай сыграем так. Победишь ты, рождается у Марии. Победа за мной, тогда у Катьки, а если ничья, то…
— То у Василисы? — Ират посмотрел на Чудика и кивнул. — Хорошо, давай так. Меня это вполне устраивает.
— Поздравляю! У вас мальчик! — с широкой улыбкой на лице, одна из медсестёр поднесла к Василисе свёрток с младенцем и положила того ей на грудь. Громов, отвлёкшийся на момент от Марии, лежащей рядом и держащей на руках дочь, подошёл посмотреть на своего третьего ребёнка.
— Ого, какой симпатяжка. Ты уже решила, как хочешь назвать? — спросил он.
— Не знаю, — Василиса пожала плечами и вдруг смутилась, заметив странное выражение лица младенца. — Саша-а-а, чего это с ним?
— Что? — Громов наклонился и посмотрел на ребёнка. Тот ответил ему хмурым, почти злобным взглядом. — Эм… может, у него что-то болит?
— Не знаю, он до сих пор не плакал. Даже когда его по попе ударили. Это странно, тебе так не кажется? — Вася испуганно посмотрела на мужа. — Но выглядит он так, будто в нём очень недовольный Знатный переродился.
— Ха-ха! — Громов рассмеялся. — Да, похоже на то. Уверен, так бы выглядел Первый, если бы такое произошло. Постой, а что это он мне показывает?..
Взгляд Александра опустился на крошечный центральный пальчик, возвышавшийся над кулачком, и соседствовала ему озорная ухмылка младенца. Александр понял всё без слов и побледнел, но было уже поздно. Ведь его некогда лучший друг вернулся, и хлопот с ним теперь будет в разы больше, чем прежде.
Конец.
