Несомненно, слуга слышал все, что говорила Джилли. Достаточно было только бегло взглянуть на него, чтобы прочесть презрение в его глазах. Бриджет схватила записку. Это было послание от Эйвена. Она узнала его размашистый почерк и от одного прикосновения к письму почувствовала себя увереннее. От прочитанного, увы, нет.
Дорогая моя Бриджет!
Я не могу выехать незамедлительно. Невозможно передать словами, как я зол и огорчен. Но и ты не можешь уехать одна. Подожди меня. Я вернусь при первой возможности. У меня есть все основания надеяться, что это произойдет очень скоро, хотя никакое «скоро» меня не устраивает. Не могу дождаться встречи с тобой. Помимо всего того, что я жажду сделать — надеюсь, и ты тоже, — есть еще ряд вещей, которые я хочу сказать тебе. Писать об этом слишком трудно. Я должен увидеть тебя. Я очень хочу увидеть тебя! Прошу тебя, верь мне и жди. Оставайся в Брук-Хаусе до моего возвращения.
Твой Эйвен.
Бриджет снова прочитала письмо, но извлекла из него не больше, чем в первый раз. Оторвав глаза от бумаги, она увидела, что Джилли ждет, поэтому сунула листок в карман и, притворив дверь, жестом пригласила девушку сесть. И прежде чем начать разговор, села сама напротив гостьи.
— Скажи, почему ты говоришь обо мне такие странные вещи? Почему ты хочешь забрать Бетси? Ей так хорошо здесь. Ты сама могла убедиться.
— Да, но только не теперь, — сказала Джилли, теребя в руках свою шляпу.
Эти маленькие руки были красны и мозолисты, ногти на пальцах — грязны и обломаны. Было видно, что девушка привыкла к труду, тяжелому труду. Она перегнула свою злосчастную шляпу и подняла глаза на Бриджет. Теперь ее необыкновенные золотистые глаза были полны печали и гнева.
— Покамест все прекрасно, я вижу. Любой дурак заметит! Но что с ней будет через год или два?
Бриджет облегченно вздохнула и улыбнулась:
— О, я понимаю! Не стоит из-за этого беспокоиться. Мой муж уехал на время и должен вернуться со дня на день. Поэтому мы задержались здесь и пока не устроили Бетси. Но как только мы приедем в поместье его отца, мы пристроим ее в хорошую семью. Я не сомневаюсь. Не надо волноваться. С Бетси будут заниматься, она станет учиться.
— Ха! Вот этого я и боюсь, — презрительно воскликнула Джилли, после чего тяжко вздохнула, втянула голову в плечи и уставилась на свою шляпу. — Послушайте, мисс Бриджет, — тихо продолжила она хриплым голосом, — не надо больше рассказывать мне сказок. Я ведь не маленькая. В Лондоне быстро всему учишься. Вы сами знаете. Будем говорить прямо и называть вещи своими именами. Если вам нравится быть подстилкой для джентльменов — это ваше дело. Желаю успеха! Кого-то устраивает такая жизнь, но только не меня и не Бетси. Некоторые спокойно идут на это, а мне противно дотронуться даже до руки джентльмена.
Бриджет не могла вздохнуть. Джилли говорила такие ужасные вещи, что у нее заболела грудь, как после удара кулаком.
— Слава Богу, Бетси не постигла та же участь, что и меня, — неумолимо продолжала Джилли. — И она еще не лишилась важных женских качеств. Но я боюсь за нее, потому что сестренка слишком доверчивая и добрая. Я не хочу, чтобы ее использовали для забав. А вы не могли остаться с чистой душой, если согласились быть чьей-то любовницей. Чего можно ждать от вас? Вы научите ее, как ухаживать за ним. Я знаю, о чем говорю. То же самое произошло с несчастной Анной Хейнс, которая привязалась к прекрасному юному барону. Вы не слышали ее историю? О, ей завидовали все проститутки с нашей улицы. А чем кончилось? Анна наложила на себя руки, когда он передал ее своему другу. Тем более обидно, потому что она была хорошей девушкой с добрым сердцем, пока не отдала его лживому негодяю.
— Джилли! — воскликнула Бриджет, оторопевшая от чудовищного намека не менее чем от всего сказанного.
Однако гостья была полна решимости продолжить свою обличительную речь:
— Если вы ступили на этот путь, у вас должно быть холодное сердце. Вы сделали это сознательно, потому что ваш благородный покровитель платит вам хорошие деньги. Как еще можно объяснить ваш поступок? Вы очень тонко все рассчитали. Только ведь это вещи временные. Красота уходит и вместе с ней — деньги. Кому-то удается продержаться какое-то время. Посмотрите на этих женщин в Лондоне. В конце концов они оказываются на улице, а вернее, в сточных канавах.
— Джилли, — строго сказала Бриджет. — То, что ты рассказываешь, конечно, ужасно. Я понимаю твои опасения. Но у тебя неправильные представления. Я замужем. Бетси присутствовала при нашем бракосочетании. Я законная жена виконта.
