Рассекающий ветер гулял хозяйской походкой, проникая в каждую щель, закоулок и даже в душу, особенно в душу. Он приносил болезненное понимание трагедии, что произошла в легендарном городе. Некогда сказочная обитель несметного количества народов, напоминала сгнивший, пережеванный столетиями, костяк титанического зверя. Серые руины казались гигантским следом от подошвы на заснеженной пустыне планеты. Катаклизм исказил и навсегда переменил мир. Даже подступы к планете навеки останутся вечной частью Шторма. Сам факт существования этого мира считался феноменом. Таких мест не может и не должно существовать.
Рассекающий ветер гулял хозяйской походкой, проникая в каждую щель, закоулок и даже в душу, особенно в душу. Он приносил болезненное понимание трагедии, что произошла в легендарном городе.
Некогда сказочная обитель несметного количества народов, напоминала сгнивший, пережеванный столетиями, костяк титанического зверя. Серые руины казались гигантским следом от подошвы на заснеженной пустыне планеты.
Катаклизм исказил и навсегда переменил мир. Даже подступы к планете навеки останутся вечной частью Шторма. Сам факт существования этого мира считался феноменом. Таких мест не может и не должно существовать.
Но они существуют. И не только здесь...
Реймар смотрел на эту жуткую картину с палубы оринависа, ежась и неосознанно постукивая зубами. Не только от жуткого мороза, что, к слову, пробивался сквозь взвинченное до максимума отопление. Но от ощущений, вызванных подобным зрелищем.
Мир за пределами транспортного средства, на первый взгляд, мог показаться безжизненной пустыней.
Лишь на первый взгляд. На самом деле здесь кипела жизнь. Пришельцы из иных планов бытия, заселили руины столь же плотно, как некогда - обитателя материального мира.
Увы, сказать что здесь собрался "цвет" потусторонней нации, - значит нагло соврать. Наоборот. Здесь поселились все самые жуткие и природопротивные создания, которые только существуют. Называть их опасными было попросту бессмысленно, в силу очевидности этого факта.
Чему удивляться? Извне мир выглядит как высушенная коррозией скорлупа окутанная черной дымчатой сетью заразы.
- Капитан, - обратился к Реймару вышедший из рулевой Шен, - Радары показывают множественные скопления эфира.
Ассистент задумался на мгновение, после чего добавил:
- Предпочтительно скверного характера...
- Сам вижу, - хмыкнул Реймар, мысленно согласившись со сравнением помощника. - Но задания это не отменяет...
"К сожалению", - уже про себя добавил капитан оринависа, все так же опираясь на фальшборт у дальнозоркого визиря.
Реймару не хотелось посещать руины Гвиссеада. Как и изначально браться за поставленную Комитетом задачу. Сколько экспедиций уже сожрал этот треклятый город? Десяток? Сотню? И это только официальных, а с тайными, как, собственно, и эта, - подумать страшно.
Но особого выбора у бывалого навигатора по эфирной бездне не было. Слишком крепко комитетчики взяли его в оборот. А обещанные привилегии и прощение всех грешков, некогда вполне удачно промышлявшему контрабандой, оринавту, были чересчур щедры для Комитета. Особенно для Комитета.
Попахивали от этого дельца весьма разительно и ядрено. Но...
- Наш экипаж... м-м, в предвкушении, - неуверенно и слегка смущенно продолжил Шен, наблюдая за реакцией своего капитана.
- Дай угадаю, - угрюмо буркнул Реймар еще больше мрачнея лицом. - Этот с...
- С-сла-а-авный господин Морритас, не так ли, капитан Реймар?! - прошелестел, вдруг рядом, мягкий и вкрадчивый тембр "горячо любимого" капитаном пассажира.
Реймара передернуло и он едва удержался чтобы не отскочить от возникшего из ниоткуда мужчины. Скорее даже парня. По-крайней мере с виду.
Главный пассажир судна, - тар Морритас Стрего, - был весьма странным и неординарным молодым человеком. Внешне юноша, с волосами цвета платины и постоянной улыбкой.
- Конечно-конечно, - поспешил заверить юношу Реймар, подозревая, что тот, вполне возможно, старше не только его самого, но и любого присутствующего на оринависе. Если не всех вместе взятых. - Несомненно, блистательного и многоуважаемого, тара Стрего!
Шинод насмешливо ухмыльнулся, куда более зловеще, чем многие знакомые по Орикасу, чудовища.
Он - капитан шинодов, которым следовало "прогуляться" по падшей планете. Юношеская наружность в паре со щегольским костюмом была обманчивой и со временем можно было понять глубинную и пугающую суть этого человека. Вглядываясь в, смеющиеся и отблескивающие багром, глаза,
Морритас разгуливал в своем подчеркнуто черном, вышитом серебром, сюртуке. Белая рубашка с утопленным в воротнике-стойке аскотом, темные брюки, заправленных в высокие сапоги с металлическими набойками на каблуках.
Последний пункт лишь подчеркивал исключительность шинода, словно пытаясь предупредить каждого о его приближении. Однако, это нисколько не мешало ему всегда появляться неожиданно.
- Так в чем же задержка капитан?!
Шинод склонился, разглядывая Реймара, будто ответ был живым существом и ловко прятался за спиной капитана.
- Сканирование показало великое скопление примулов. В основном, крайне недружелюбные, хищные сущности. И это только поверхностный анализ.
- Но это ведь и так было очевидно, капитан! - сложил домиком белоснежные брови Морритас.
Реймара снова передернуло. Общение с таром Стрего давалось ему с трудом. С первых же минут знакомства, когда представитель Комитета устроил будущим спутникам первую очную ставку.
Тогда, помнится, Морритас явился в комнату, сквозь огромное настенное зеркало, вызвав первую, но далеко не последнюю нервную дрожь оринавта, своей чудаковатой беззаботной улыбочкой.
