Он открыл бутылку, налил полстакана, зажмурился и выцедил водку. Когда перевел дух и открыл глаза, бутылки на столе уже не было.
— Ну и шустра ты, Клань! — восхитился он.
Закурив, Егор Харитонович рассказал Клавдии, как ходил вчера к председателю насчет подряда на водопровод и что из этого получилось.
— Звал тебя ехать… Теперь бы где уж были!
— Чё из пустого в порожнее переливать, — ответила Клавдия. — Живем ведь. Не хуже людей. Пашка осенью в армию уйдет, девчонки в школу… Чё нам искать?
— Так-то оно так, — вздохнул Егор Харитонович. «А ведь и правда стареем», — подумал он, глянул на лицо Клавдии, кое-где уже тронутое морщинками.
А субботний день разгорается. Он похож на вчерашний, на позавчерашний. Та же подернутая дымкой высота безоблачного неба, тот же сухой обжигающий ветер, метущий серую пыль, та же неласковость истомленной зноем земли. То в одном месте, то в другом вдруг встают столбами вихри и долго качаются, наводя страх… Но по всей деревне суета и волнение. От школы прошагала улицей ватага ребят-подростков с лопатами на плечах. Смех и крик. Пропылили два грузовика, полные народу. В одном девчата поют, как ромашки спрятались и поникли лютики, в другом, где едут одни мужики, тоже поют что-то разудалое. Стайками проносятся мотоциклы — и все в одну сторону, к Большому озеру.
К дому подкатил на тракторе Пашка. Он волок установленную на полозья из бревен конструкцию инженера Рязанцева, состоящую из тракторного двигателя и громоздкого насоса.
Пашка бегом кинулся к колодцу и долго пил прямо из ведра.
— Как там? — спросил Егор Харитонович.
— Идет дело! — Пашка рукавом смахивает с подбородка капли воды, глаза у него радостно блестят. — Ты знаешь, сколько народу собралось! Николай Петрович даже музыку устроил. К магнитофону усилитель приладили — на весь лес музыка. Поехали, батя!
— Была нужда! — скривился Басаров. — Без меня обойдутся.
Ему хочется туда, на народ, но коль вгорячах отказался, то вроде и неудобно теперь.
— Как знаешь, — Пашка побежал к трактору. Прыткий «Беларусь», выбросив струю черного дыма, поволок сани по проулку и скоро стал невидим за пылью.
Егор Харитонович опять подался в баню. Обухом топора простучал доски полка и пола, определяя, где еще цело, а где сгнило. Принес свежих досок, взялся за рубанок. Но работалось плохо, да еще молотком угодил по пальцу. Наблюдавшая за ним Клавдия, поняв, отчего так получается, сказала:
— И правда поехал бы, Егорушка. Все люди как люди, один ты на особицу.
— А баня?
— Господи, далась тебе эта баня! После сделаем… Я бы и сама побежала, да на ферму скоро. Люблю на народе.
Егор Харитонович ничего не ответил. Быстро собрал инструмент, завел мотоцикл и покатил к озеру.
Здесь и правда как на ярмарке. Гремит музыка, мешаясь с гулким эхом, гудят тракторы, по всей трассе водовода копошатся люди. Одни рубят попавшие на пути кусты, другие подкатывают и подносят трубы. На берегу у насоса хлопочут чумазые Рязанцев и Костя Петраков. Бревенчатая основа уже закреплена вбитыми в землю толстыми железными штырями. На треногах далеко в воду, на глубину ушла длинная приемная труба.
— Здорово, изобретатели! — закричал Басаров, еще не заглушив мотоцикл. — Саша Иванович, а что это водопровод не в ту степь пошел? Я же сказал, как надо делать. Свою линию гнешь?
— Тут, Егор Харитонович, открылась возможность еще одно поле захватить, — стал объяснять Рязанцев. — Если тебя интересуют подробности, то расскажу, но только в другой раз. Видишь, что у нас тут делается? Как пишет наша районная газета в таких случаях, энтузиазм масс был обеспечен широкой разъяснительной работой.
— Шуму много, это точно, — согласился Басаров. — А заработает ли, между протчим, твое устройство? Такими делами, Саша Иванович, не шутят.
— Заработает! — радостно прокричал Рязанцев и предложил Косте: — Давай качнем для пробы.
— Это можно, — степенно ответил Костя и предложил Басарову, чтобы тот отошел подальше, а то вдруг взорвется еще.
Хорошо отлаженный пускач взялся с первого рывка заводного ремня и запел протяжно и звонко. Через несколько секунд нехотя и тяжело рокотнул основной двигатель.
— Включаю насос! — срывающимся голосом закричал Рязанцев.
На том месте, где в озере заканчивалась приемная труба, вода дрогнула, забурлила, и вот уже мощная струя ударилась упруго в землю, взметнув радугу.
— Силен бродяга! — восхитился Басаров, но тут же строго спросил Сашу Ивановича: — Какая мощность насоса?
— Вполне достаточная! — Саша Иванович широко улыбался.