— Да, повезло, как утопленнику в море, — с сарказмом думаю про себя и я не знаю что будет дальше.
— Так на которой из них? — нетерпеливо нервно повторяю свой вопрос мистеру Хопкинсу и мельком поглядываю на девушку.
Она очень красивая, хотя я много видел красивых принцесс, но что-то в ней было особенное…, что её резко отличало от них.
Хопкинс что-то на картине пытается мне показать, но моё внимание привлекла эта девушка с большими голубыми глазами и я не слушаю объяснения хозяина лавки.
Я никак не могу разобраться что именно с ней не так?
Что меня в ней смущает, напрягает и волнует одновременно?
Отвожу взгляд от картины, артефакт подождёт. Это не к спеху.
Хочу подробнее узнать о
— Это кто? — с особенным интересом спрашиваю мистера Хопкинса, кивая головой на голубоглазую блондинку.
— Золина…. дочь скоропостижно ушедшего лорда Эдмонта Каламара.
— Слышал о нём, — сухо равнодушно говорю Хопкинсу и вижу, что эта крошка прислушивается к нашему с ним разговору.
— Говорят, что он ответил за грехи своей жены и его убила чёрная вдова, — зашептал тихо Хопкинс, но она всё равно услышала, хотя выражение её лица не изменилось.
Надо же, владеет собой, как иномирянка! — подумал про себя и мне хочется, чтобы я ошибся в своём предположении.
Теперь я не смогу хладнокровно сжечь её на костре, если это действительно так.
— Я советую тебе не болтать всякие глупости, чтобы потом самому не отвечать за грехи домочадцев, — строго нравоучительно говорю Хопкинсу и снова внимательно смотрю на голубоглазку.
— Эта Золина точно арноидной расы? — усмехнувшись, интересуюсь у лавочника.
— Вы что, в этом сомневаетесь, ваше величество? — взволнованно спрашивает меня Хопкинс.
— Её мать — леди Аманис Каламар…, - начал говорить хозяин лавки, а потом прикусил язык.
— И что же её мать? — я стал нетерпеливо спрашивать его.
Хопкинс замялся и ничего не отвечает.
— Говори! Я приказываю тебе! — строго сказал лавочнику. — Ты что не видишь, кто перед тобой?
— Ничем не могу помочь, ваше величество! Я лучше воспользуюсь вашим советом и не буду повторять чужие глупости, — стал открещиваться Хопкинс. — Я лично сам ничего не видел и ничего не знаю, — и смело посмотрел мне в лицо.
У них что здесь особая аура, раз они ничего не боятся? — недовольно подумал об этой магической лавке.
— А я вот возьму и сейчас проверю — арноидка она или нет?! — недовольно рыкнул на Хопкинса и стал принюхиваться.
Я выставил правую руку вперёд по направлению Золины. Потёр пальцы ладони между собой и из неё появилась голубая, узкая, извивающаяся, как змея стрела. Она становилась шире и приближалась точно к девушке.
Я, затаив дыхание, наблюдал за магической петлёй и реакцией маленькой пигалицы.
Неужели эта голубоглазка — землянка, чей след был мною потерян?
И теперь она скрывается под личиной Золины Каламар, но как это возможно? — от одной этой мысли меня словно ошпарило кипятком и мой лоб вспотел.
Я достал платок из кармана и нервно промокнул его.
Мистер Хопкинс недовольно хмыкнул, но ничего мне не сказал. Ему явно не понравилось то, что я задумал сделать.
В этот момент у меня словно произошло раздвоение личности.
Я не хотел, чтобы она оказалась землянкой и в тоже время хотел насладиться победой, если это она.
От Филиппа Ван Дайка ещё никто и никогда не скрылся!
Лицо Золины абсолютно ничего не выражало, передо мной была настоящая безэмоциональная арноидка. В первый момент в её глазах вспыхнуло недоумение, но она быстро справилась с ним, а потом на секунду промелькнула снисходительная ирония.
Мне впервые в жизни стало стыдно, что я прилюдно позволил себе усомниться в подлинности расы девушки.
Но стрела выявления расы запущена и её уже нельзя остановить!
* * *
— Что мне делать? — испуганно ментально спрашиваю паука, а лицо делаю непроницаемым.
— Потри пальцами оберег. Подумай о том месте, где очень жарко. Филипп постарается опутать тебя стрелой и заморозить, сделать ледяной скульптурой, но ты не поддавайся! Если всё сделаешь правильно, то он ничего не поймёт.
Эта змея приползла ко мне и стала моё тело быстро плотно обвивать кольцами, я стала немного замерзать.
— Ну же! Вспоминай быстрее! — требовал паук. — Золюшка, ты сможешь! Соберись! Тебе очень жарко! Ооочень жарко!
Я вспомнила, как мы с родителями ездили на море в город Сочи и лежали на пляже, загорая на солнце. Оно так сильно припекало, что становилось очень жарко и пот бежал по лицу. От нахлынувших воспоминаний я нагрелась и мне стало жарко.
Змея стала теплеть и изменять свой цвет на золотистый.
Принц щёлкнул пальцами и она исчезла.
— Ты что там притих? Ты жив? — протягиваю руку к тому месту где прикрепился Паулис и слышу его облегчённый выдох.
— Прости меня, Золюшка! Принц магией вывел меня из строя. Я еле оклемался, значит жить буду.
— Я тоже очень рада, что всё обошлось и ты снова на месте!
— Хвала Богам! — радостно на ухо мне выдохнул паук. — Ты смогла! Я уже начал переживать, что тебе пришёл конец! Он замотает твоё тело змеёй и потащит за собой. Я не один раз видел закоченевших женщин, — огорчённо прошептал Паулис.
