– Если ты пытаешься так шутить со мной, Кобеллино…
– Он пытался поймать тебя несколько дней, ты сама не позволила ему.
– Я думала… А, не имеет значения.
Она снова запрыгала вверх-вниз. И не обманула ожиданий, когда я предложил ей передвинуться в более светлое место, чтобы иметь возможность более полно оценить вид.
Я, в настоящее время, был доволен. Мы валялись вместе, как и должны были. Был только одна маленькая муха в бочке мёда.
Старым Костям и мне нужно будет посидеть вместе, когда он проснётся. Он должен ясно выразить свои мысли. Он, как змей, мог проникать в самые глубокие помойки человеческого разума. Он должен объяснить, почему предпочёл Кару Алгарду женщине, которая была более близка мне по возрасту.
Прискакала Кира, уверен, она хотела узнать, кто пользовался постелью в комнате для гостей. Вместо этого она сказала:
– Наша карета прибыла.
Тинни сказала:
– Уже поздно ехать. Нужно доставить дядю Освальда и Хитера домой, чтобы заняться их лечением.
Я старался изо всех сил принять сидячее положение.
– Мы все должны поспать. Кира, можешь проверить, не нуждается ли Дин в помощи? Он должен быть наполовину мёртвым сейчас.
Она ушла.
– А сам ты как?
– Я справлюсь.
– Тебе тоже надо отдохнуть, но кто-то должен впустить Палёную, когда она вернётся.
– Доллар Дан займётся этим.
Крысюк находился в кабинете Палёной, стараясь не попадаться на глаза.
– А та колдунья тоже придёт сюда.
– Возможно, и она, – признался я.
Тинни сделала первый шаг по пути изменения оставшейся части своей жизни. Она допустила это, не стала задавать вопросы и пытаться манипулировать мной, рассказывая, как она доверяет мне.
Старые Кости, в конце концов, оказал определённое влияние.
Я не знаю, когда вернулись Палёная и Кара, они не стали меня будить. Я проснулся, когда Доллар Дан, женщины Тейтов и их извозчики выносили дядю Освальда и Хитера из дома, а заснул прежде, чем Доллар Дан запер за ними.
Я спал на полу, Седлающая Ветер пользовалась моей кроватью. Мало того, что я испытывал искушение, ещё и ничего не знал о произошедшем до конца следующего дня. К тому времени у меня испортилось настроение, я боролся с ужасным холодом или начинающимся гриппом и был неприветлив со всеми. Палёной пришлось изображать приятное лицо нашего семейства перед остальной частью мира.
Я всё болел, а Старые Кости спал. Но проснулся Плеймет и, имея возможность ходить, пытался помочь Дину. Выглядел он намного лучше, хотя планировалось держать его в бессознательном состоянии ещё несколько дней.
Он пропустил свои дозы микстуры, которые сдерживали Морли.
Дотс мог сидеть на краю кровати, а когда смог двигаться, начал осторожно ходить. Разговаривать сегодня ему было больно.
То, что он принял вертикальное положение, обнадёживало.
Он сказал:
– Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше, чем выглядишь.
– Сомневаюсь относительно этого.
Я перебрался на другой конец кровати, та скрипела, но держалась. Я рассказал ему о моём последнем столкновении с тьмой.
Явилась Пенни со стопкой носовых платков, я подавил желание схватить её за руку и притянуть. Исправляюсь, перевоспитываюсь.
Она протянула их в полуреверансе и сбежала.
Морли рассмеялся:
– Ей повезло пока. Значит, вы помирились.
– Вроде того. Не знаю, надолго ли, без Старых Костей, её хватит. Он умеет усмирять.
Я услышал, как Палёная говорит с кем-то в соседней комнате, затем кто-то вышел из дома. Палёная присоединилась к нам.
– Выглядишь измотанной, ты спала ли? – спросил я.
– Немного. Нам, как всегда, повезло.
Она чихнула.
– И ты тоже? – я предложил ей носовой платок. – Они скрылись от тебя?
– Это не от холода, а реакция на то, что они использовали, чтобы я отстала от них. Нюх не потеряла, потому что быстро ушла. Состав был сделан с целью навсегда уничтожить мой нос.
– Ты в порядке? – я беспокоился, несмотря на своё плохое настроение.
– Да.
– А Кара?
– Она тоже. Я обязана ей. Она оттащила меня, до того как мне забило весь нос. Принесла домой и решительно пошла обратно. Почему, не знаю.
– Ты ей не доверяешь?
– Всего лишь предчувствия. Видимо, больше из-за того, что она так интересуется тобой. Я не должна не доверять ей из-за этого. Она слишком наивна, чтобы быть злом.
Интересная точка зрения.
Морли проглотил это без комментариев.
– Я хочу сейчас попробовать встать. У меня есть дела, которые нужно сделать, – сказал я. Я решил, что так надо. Это была очень долгая ночь.
Палёная сказала:
– Я займусь горшком.
Я смог приподнять свою задницу всего на восемь дюймов от постели и потерял все силы. Тут я понял, что идти хочу не так сильно, как мне нужно было.
Морли улыбнулся, увидав мой всё сильнее хмурящийся взгляд.
– Передохни.
Палёная сказала:
– Уборщицы позаботились и о тебе тоже. Ты тяжело кряхтел и явно нуждался в их услугах.
Мне бросили незаурядный лингвистический вызов, но я был слишком заторможен, и обошёлся только безразличным:
– Грязное вонючее поношение.
Я покраснел.
– Это для них просто работа, Гаррет. Они мало что рассказали, а ты, правда, нуждался в этом. Ты был в дерьме.
Я взял следующий носовой платок.
