Инкассатор: Золотая лихорадка
А. Н. Воронин
Знакомый читателям охранник и инкассатор Юрий Филатов снова шагает по лезвию ножа. В небольшом подмосковном городке Филатова ожидают новые встречи, очередное предательство и жестокая подстава.
Глава 1
«Рассмотрев дело, суд приговорил: Исходя из того, что гражданин Филатов Юрий Алексеевич, 1969 года рождения, уроженец города Москвы, во время драки в ресторане города Ежовска в пьяном виде избил двух посетителей ресторана и четырех охранников, нанеся им телесные повреждения средней тяжести, а также принимая во внимание смягчающие обстоятельства – свидетельские показания, согласно которым подсудимый защищал женщину, назначить Филатову Ю. А. наказание в виде административного ареста сроком на 15 суток. Судья Ниязова М. А., Секретарь Голикова Н. В.»
– И вот теперь, граждане алкоголики-тунеядцы, запомните накрепко: все, что нас губит, – это водка, золото и бабы. Золото, водка и бабы. Бабы, водка и золото. Запомнили? Так что прошу больше не попадаться и беспорядков не нарушать. Все свободны. – Пожилой капитан милиции захлопнул какую-то папку, лежавшую на его столе, и махнул рукой, отпуская задержанных.
– Коз-зел, – сплюнул стоявший во втором ряду пятнадцатисуточников рябой мужик с едва зажившим шрамом на левой щеке. – Каждый раз одно и то же гундосит. Падла!
Филатов вышел из здания милиции, при котором находилась и местная «тюрьма», и окунулся в великолепный июньский день. Он потянулся, разминая затекшие за полмесяца лежания на нарах мышцы, и, не оборачиваясь, заспешил домой.
Ксения проснулась утром с единственной мыслью: сегодня выходит Юра. И сегодня же ей предстоит раз и навсегда указать ему на дверь. Несмотря на то, что почти год назад согласилась на его предложение. И вот уже почти год свадьба все откладывается и откладывается. То Филатов куда-то исчезает на несколько недель, а потом приезжает с едва залеченными огнестрельными и ножевыми ранами; то приносит бешеные деньги, которые через день исчезают, – надо, мол, помочь другу; то идет в ресторан с этим противным Жестовским, вступается за какую-то шлюшку и получает 15 суток... Господи, сколько же можно? И так уже год. Хватит. Всему есть предел.
Через час она сидела за своим столом в приемной редакции газеты «Ежовский вестник» и размышляла о том, правильно ли она сделала, что врезала в дверь новый замок. Возможно, Филатов и поймет... А возможно, и нет – ведь все мужики, даже самые лучшие, даже те, по ком сохнешь буквально с третьего класса, – тупые скоты...
И тут в приемную вошел редактор.
– Доброе утро, Ксения. О чем задумалась?
– Да так, Дмитрий Петрович. Проблемы всякие...
– Любые проблемы можно решить, если ты жив, – глубокомысленно изрек редактор. – Ты посмотри лучше, какая прелесть! – Он вытащил из портфеля фигурку рыцаря на коне величиной немного меньше ладони и поставил на стол перед секретаршей.
– Новая модель? – спросила она, разглядывая всадника.
– Угу, – довольно ответил Костиков. – И весьма перспективная.
Редактор самой старой газеты подмосковного городка Ежовска, которая когда-то называлась «Знамя коммунизма», зарплату, что приносила ему прямо в кабинет редакционная кассирша, она же наборщица, домой даже не забирал. Конвертики с десятком купюр так месяцами и оставались лежать в нижнем ящике его письменного стола, пока, наводя там порядок раз в полгода, он не натыкался на них и не уносил довольно кругленькую сумму... без которой, прямо скажем, вполне мог обойтись.
Сорокалетний редактор Дмитрий Петрович Костиков зарабатывал на хлеб оловянными солдатиками. Нет, кругленький гладкий Босс (так его именовали в редакции чуть ли не в глаза), отягощенный супругой и детьми, не впал в детство. Но ошибаются те, кто считает оловянных солдатиков забавой для младших школьников. В мире найдется не один десяток тысяч солидных джентльменов, посвящающих свой досуг спорам о цвете шевронов, изображениях на пуговицах и форме киверов солдат и офицеров допотопных армий. Некоторые занимаются этим лишь умозрительно, другие хвастаются друзьям и знакомым внушительными коллекциями миниатюрных вояк, раскрашенных с идеальной точностью во все цвета радуги. Игрушечные армии из представителей разноплеменных солдат занимают в особняках западных и восточных коллекционеров целые комнаты. Дмитрий Петрович как раз и был одним из поставщиков оловянного воинства.
Раздав редакционные задания, Костиков тихонько удалялся по своим делам. Дела эти процветали. Еще на заре туманной юности Костиков понял, что на копеечную зарплату провинциального журналиста сыт не будешь, и, хотя писал когда-то весьма неплохие опусы о народном хозяйстве и всяких сопутствующих его развитию процессах, со временем, став замом, а потом и редактором, сделал ответственной за средство массовой информации свою левую ногу, которая, впрочем, справлялась с поставленной задачей довольно неплохо. Все остальные части тела Костиков «бросил» на оловянный фронт.
