– Ты думаешь, они привезли его из Китая? – спросила она.
– Уверен, именно так.
– Но это означает, что они украли его. Не только мой дед, Райли, но твой тоже. Ты это хочешь сказать?
Он уклонился от прямого ответа:
– Кто-то украл его. Я просто не знаю кто.
– Не можешь же ты свалить все на моего деда?
– Он остался при больших деньгах.
– У него было много денег для старта, – возразила Пейдж.
– Хорошо. Держу пари.
– Идея неплохая, но я не думаю, что было бы легко контрабандой вывезти национальные сокровища искусства из другой страны. Мне интересно, как Ли Чен переехал из Китая так быстро?
– Вероятно, сыграла роль помощь твоего деда, Пейдж. Он происходил из влиятельной семьи. У него были связи среди политиков, правда?
– Уверена, у моего прадедушки они были.
– Дальше. Твой дедушка был благодарен Ли Чену за спасение и за это вывез его в Штаты.
– Я полагаю, так и было. Но все-таки, что с драконом?
– Время военное. Я подозреваю, многие вещи ввозили в Штаты контрабандой из Китая.
– Нельзя просто украсть древние артефакты и продать их незаметно, – настаивала она.
– Черный рынок существовал всегда. Кто сказал, что нельзя продать на нем?
– Не знаю, но у нас все еще нет реальных доказательств. Это все подозрения и домыслы. Единственным человеком, у которого, как мы знаем, был дракон, – это твой дед. Я не обвиняю его ни в чем, – торопливо добавила она, когда глаза Райли стали по цвету похожи на грозовые тучи. – Как ты сам сказал, он мог заполучить его в любом месте. Он мог наткнуться на него на блошином рынке. Возможности безграничны.
– Возможности не то что бесконечны, Пейдж, но теперь нам известно, что все трое были вместе в Китае во время войны, а произведения искусства из дворца-музея разошлись по всей стране. – Он сделал паузу. – Давай начнем сначала. Когда они вернулись в Штаты, Уоллес снова включается в семейный бизнес. Мой дед нанят охранником, и Ли Чен идет работать на склад.
– Потом случился пожар, – продолжила Пейдж.
– Обнаруженный Ли Ченом, – уточнил Райли.
– После пожара ни твой дед, ни Ли Чен не вернулись в магазин.
– Существовало предположение, что причиной пожара послужил поджог, но никаких подтверждений этому не было. Хатуэи не настаивали на расследовании.
– Откуда ты знаешь? – спросила она.
– Все просто. Если бы они настаивали на расследовании, его бы провели. Хатуэи имели большое влияние в обществе, и никто не стал бы игнорировать их требование. Значит, Уоллес по какой-то причине не хотел преследовать поджигателя. А может быть, это был он сам?
– Он не сжег бы свой собственный магазин, – горячо возразила Пейдж.
– Может быть, ради страховых денег? Время было трудное, послевоенное.
– Их дела были не так плохи, – ответила она. – С тем же успехом можно предположить, что Ли Чен или твой дед устроили пожар. И если ты намерен палить в моего деда, то часть огня можешь обратить и против своего. Потому что все твои намеки, включая вывоз национальных сокровищ из Китая, можно распространить на всех троих.
Райли задумался на мгновение, и она видела, что идея пришлась ему не слишком по душе. Конечно, она говорит жестко. Потому что не хочет верить, что ее дедушка сделал то, о чем они говорили.
– В этом альбоме есть еще что-нибудь? – спросил Райли.
Она проверила следующую страницу, но та оказалась пустой.
– Ничего, – сказала она, закрывая альбом.
– А что в большом конверте?
Пейдж вынула пачку писем.
– Они все на имя моего деда. – Она открыла первое и начала читать вслух: – «Дорогой Уоллес, я так по тебе скучаю. Я ненавижу эту войну. Я ненавижу то, что мы не можем быть вместе. И страшно огорчена тем, что мы не поженились, прежде чем ты уехал. Я думаю о тебе каждый день. Мое сердце с тобой, Уоллес. Храни себя. Люблю всегда, Долорес».
Пейдж почувствовала прилив эмоций, когда сложила лист бумаги и вернула его в конверт.
– Любовное письмо от моей бабушки. Кто бы мог подумать, что кто-то может любить такого капризного старика?
– Он, наверное, не всегда был капризным.
Пейдж открыла следующее и тихо читала:
– «Дорогой Уоллес, мне страшно. Мы ничего не слышали о тебе так давно. Тебя объявили пропавшим без вести. Я была у твоих родителей, когда нам принесли эту страшную новость. Твоя мать упала в обморок. Отец не поверил, он сказал, что ты не мог пропасть. Я тоже не верю, что ты пропал навсегда. Я сердцем чувствую, ты жив и вернешься домой, ко мне. У нас есть общее будущее, дети, внуки. Мы вместе состаримся. Я очень сильно скучаю по тебе, Уоллес. Я сделаю все, чтобы вернуть тебя, и я знаю, ты сделаешь все, чтобы вернуться ко мне. Ты такой сильный, решительный, упрямый. Ты пройдешь через все. Мы оба будем…» – Голос Пейдж затих, она взглянула на Райли. – Ей, наверное, было так страшно.
– Она не отказалась от него.
– Нет. И он вернулся к ней, как она и думала.
– Он сделал все, что должен был сделать для возвращения.
